Надевая на голову фуражку, я прокручивал в голове слова, которые нужно будет говорить, движения, которые, придётся делать в случае опасности. Я знал, с кем я иду на встречу, так что должен был быть готовым ко всему.

Человек, которого я ожидаю, должен был появится с минуты на минуту, у первого сельмага, перед которым останавливался и я. Потому, я уселся на ступеньки этого магазина, закурил и принялся ожидать, наслаждаясь чрезвычайно ясным и тёплым днём.

Через час ожидания, послышался шум колёс и тарахтение мотора. Передо мной остановились старенькие жигули зелёного цвета. Дверь открылась, и я наконец встретился глазами с долгожданным помощником.

Худощавый парень с длинными волосами, на левой руке он всегда носил чёрную кожаную перчатку, серые глаза отдавали ехидством, узкие губы кривились в надменной улыбке; парень на всё смотрел исподлобья.

— Кого я вижу, — парень развёл руками. — Сержант Коршаков; смотрю, судьба вас потаскала!

Он постоянно был одет в длинный плащ цвета хаки и тяжёлые чёрные ботинки, которые всегда были вычищены до блеска.

— Надеюсь, ты понимаешь, что я вызвал тебя не брататься, — я поднялся со ступенек. — Тебя держат в КГБ только за твои знания. Так что, будь добр, давай сразу приступим к делу.

— Ты всё такой же сухой, — хмыкнул он. — Неудивительно, что ты до сих пор одинок.

Я промолчал и повёл его за собой, прямиком к дому председателя. Парень же беззаботно осматривал окрестности. Несмотря на то, что он был младше меня всего на год, этот человек вёл себя, как ребёнок, даже находясь в нашей структуре.

Я отпёр дверь и завёл нас внутрь. Тут всё оставалось таким же, как и в прошлый мой визит: царил полный хаос, а пол исчерчен непонятными мне символами и чёрточками.

— Убийство, говоришь? — Парень осмотрел один из символов на полу. — По всей видимости, работа каких-то язычников.

— Ты можешь предположить, что это за секта?

— Трудно сказать, — он развёл руками. — Было бы очень похоже на обычных сатанистов, если бы не явно языческие символы.

Мы поднялись на второй этаж. Вонь от гниющей плоти всё никак не выветривалась, но моего напарника это не смущало: он спокойно вошёл в комнату и с интересом принялся разглядывать труп.

— Да, ты был прав, — констатировал парень. — Убийство, не иначе. Причём его именно удушили…

— Тело нужно отправить на экспертизу, — я ещё раз взглянул на мертвеца.

— Ты думаешь, они что-то разберут? — Усмехнулся компаньон. — Сколько он тут провисел? С него уже плоть сползает!

— В любом случае, труп нужно отправить в морг.

— Успокойся, Саня, — он махнул рукой. — В конце концов, это моя работа.

— Смотри, Йонес, — я кинул на него грозный взгляд. — Если учудишь что-нибудь, я шутки шутить не стану!

— Да успокойтесь, сержант, — литовец высокомерно хмыкнул. — Всё сделаю в лучшем виде!

— Ну-ну, — я поправил фуражку и вышел прямиком во двор.

Помнится, вчера ночью я обещал Ире зайти в школу. Интересно было посмотреть, как она справляется с обязанностями учительницы. На дворе май — время, когда школьники всеми мыслями уже на каникулах.

Вдохнув полной грудью, я направился в сторону местной школы. Я был около неё несколько раз, но не осмеливался туда заглядывать. Недолюбливал я школы - мне не хотелось ворошить прошлое.

А, всё же, если над этим местом не висит туч и нет тумана, выглядит оно весьма привлекательно: пышная зелёная трава, жёлтые одуванчики повсюду, деревенские домики с разной живностью. Всё очень даже умиротворённо, точно бы ничего тут и не происходило.

Интересно, кто же прислал эту анонимку? Что бы тут не случилось, нужно поскорее с этим разобраться, пока ещё кто-нибудь не пострадал…

Школа не сильно выделялась из общей архитектуры — двухэтажное бревенчатое здание с широким крыльцом и небольшим спортивным двориком. На входной двери весела разного рода агитация.

Внутри ни о каком ремонте не шло и речи — старенький паркет местами был сильно тёртым, скрипучие лавочки, какие-то картины, видимо, нарисованные местными умельцами, да спящий вахтёр, достаточно почтительного возраста.

— Простите, — я разбудил мужчину. — А Ирина… Ирина…

Только сейчас я осознал, что не знаю её отчества, отчего смутился и не знал, как выпутаться из неловкого молчания.

— Где Ирка? — Переспросил вахтёр. — Так это, на второй этаж поднимитеся, а там шестой кабинет - он, это, последний.

— Спасибо, — я кивнул и застучал ботинками по паркету.

По указаниям вахтёра, я оказался на втором этаже. Смотря на таблички с номерами классов, я двинулся вдоль дверей, пока, наконец, не добрался до шестого номера.