— Я хотел сказать, — тихо произнес он. — Что касается меня, думаю, нам нужно начать все с начала, чтобы ты прибавила в весе и выкинула все свои уродливые брючные костюмы. Не говори мне…

— Шшшш. — Она прикрыла пальцами его губы и покачала отрицательно головой. — Только не сейчас. Прошу тебя. Я не хочу, Ник. У меня нет сил бороться с твоими правилами и требованиями в данную минуту. Не порть сейчас момент.

— Хорошо. — Он заключил ее в свои объятия и поцеловал в лоб. — Я понимаю, что не имею права диктовать тебе свои условия, как раньше. Все должно быть по-другому. Мне нужно стать другим.

Анжела провела пальцем по все еще влажной кожи его пресса, оставляя маленькие поцелуйчики на дорожке волос.

— Ну, не во всем, — поддразнила она. — Например, твои правила в постели мне очень даже нравились.

Он хмыкнул, легко ударив ее по заднице.

— Хорошо. Потому что сегодня я предполагаю быть очень и очень требовательным. Хорошо, что я спланировал все заранее и забронировал этот номер. Не думаю, что у нас хватило бы сил добраться до твоей квартиры.

Рука Анжелы замерла, она почувствовала себя немного смущенно.

— Ничего бы не вышло. В эти выходные у меня гостит Лорен. — Она глубоко вздохнула, а потом спокойно добавила, — мы могли бы отправится к тебе. В конце концов, это прекрасный способ, чтобы пойти на компромисс, если ты собираешься как-то измениться для наших отношений.

Он тут же напрягся, и она почувствовала, как отгорадился от нее не только физически, но и эмоционально.

— Ангел, не надо. Я согласился не командовать и не торопить тебя, почему ты не хочешь оказать мне подобную услугу?

— Ответную услугу? — Она резко села, выбравшись из его рук. — Ради Бога, Ник, ты никогда не говорил мне в каком районе города ты живешь, тем более никогда не приглашал к себе домой. Как ты собираешься строить наши отношения, если даже не можешь сделать такой пустяк?

Он зарычал, тоже сев и потянувшись к ней.

— Я пытаюсь, Ангел, — зашипел он. — Для меня это нелегко, но я стараюсь. Но тебе придется предоставить мне время и понять, что я в некоторых вопросах могу двигаться маленькими-маленькими шажками.

— Маленькими шажками?! — недоверчиво повторила она. — Ты шутишь? Если ты серьезно настроен на наши отношения, Ник, тебе необходимо двигаться прыжками, а не маленькими шажками в этом направлении. Большими прыжками.

— Этого не произойдет, — тут же ответил он. — Ты слишком многого от меня требуешь, Ангел, гораздо больше, чем я могу тебе дать в данный момент.

Анжела почувствовала, как ухнуло ее сердце от несбывшейся надежды, которая у нее появилась сегодня вечером. Она поднялась с кровати и стала подбирать одежду.

— Я прошу, Ник, — поправила она его, — и это не что-то сверх необычное, для любой другой пары это вполне нормальные вещи, которые совершаются на автомате. Но я так подозреваю, что ты не готов к переменам. И самое печальное заключается в том, что я вообще сомневаюсь, что ты когда-нибудь будешь готов.

Он прыгнул с кровати, великолепный и обнаженный, но она заставила себя перевести от него взгляд, быстро натягивая на себя одежду. Если она продолжит пялиться на него, она не сможет побороть свое искушение — дотронуться, а если она дотронется до него, они обязательно снова вернуться в кровать.

— Куда это ты собралась? — агрессивно спросил он. — Вернись сейчас же в кровать. Я еще не закончил с тобой.

— Нет. — Она отрицательно покачала головой, застегивая платье. — Но я с радостью вернусь к тебе домой, и проведу с тобой там столько часов, сколько ты захочешь. Выбор за тобой, Ник. Либо мы продолжаем на твоей территории, либо я ухожу прямо сейчас. Одна.

Он сжал губы.

— Ты угрожаешь мне, Ангел?

— Я предпочла бы это назвать ультиматумом, — поправила она, застегивая ремешки на туфлях. — Но как бы ты это не называл, я могу сказать, что совершенно очевидно вижу — ты не готов внести свой вклад в наши отношения. — Она взяла свой клатч и остановилась у двери, положив руку на дверную ручку. — Ты знаешь, где меня найти, когда, наконец, решишь, что готов измениться.

И когда он ринулся к ней, она выскользнула за дверь и быстро понеслась насколько могла на своих шпильках к лифту, боясь обернуться, чтобы не потерять своей решимости и не рвануть обратно к нему.

— Господи, Ник. Ты сегодня утром решил себя прикончить? Или избежать возможности убить кого-то? Прости за грубость, но выглядит все именно так.

Айзек Очоа был личным тренером Ника уже более десяти лет, начиная с времен профессионального футбола, и прошло уже достаточно много времени, когда он в последний раз видел своего клиента и друга, тренирующегося с таким рвением. Исаак приехал в частный тренажерный зал около восьми утра, судя по всему Ник уже тренировался как минимум час. Тренер наблюдал за ним с чувством смешанного беспокойства и трепета, любой другой бы уже давно бросил себя изнурять после первых двадцати минут, поднимая веса, делая подтягивания, отжимания, жимы в сидячем положении, потом опять поднимания веса, затем раунд с гирями-двойниками и медболлами, а потом отправился к боксерской груше. Ник, который обычно всегда контролировал и полностью обдумывал свои тренировки, сегодня напоминал расфокусированного маньяка, в котором кипел адреналин.