– Плющ. – улыбнулся Грейсон.

– Теперь она Айсли. Она завязала со своим прошлым благодаря ему. Он удивительным образом с помощью слов может достучатся до умов людей и это имеет свой результат. Даже... Джокер его слушал пару раз. Это удивительно, но факт. Поэтому винить его в “кровожадности” не имеет смысла.

– Но мы получили много вопросов и не получили ответы, на те которые хотели. – встала, скривившись от боли в груди Барбара, к окну. – Он заговорил о людях, что причастны к страданиям Готэма и твоих. Что он именно имел в виду? Что он может знать, чего не знаешь ты или мы?

– Думаю, мастер Брюс, что нам всем нужно это еще раз обдумать и понять что с этим делать. Но главное сейчас не спешить и подождать кое-какое время, прежде чем вы еще раз поговорите с детективом. Здесь, за чашкой чая или кофе, хотя я предчувствую, что нужно будет что-то покрепче. Я конечно с ним лично не встречался, но у меня сложилось впечатление, что он не враг, а друг. Просто возникли некоторые трудности во взаимонепонимании.

– Я согласен Альфред. – улыбнулся больной. – А сейчас думаю, мой желудок был бы не прочь перекусить.

Впрочем, ворчание желудков всех остальных тоже об этом говорил. На что самый старший член семейства улыбнулся, кивнул и пошел в сторону кухни, что бы порадовать своих “детей” чем-то. А сдвигу своего воспитанника Альфред был рад. Брюс Уэйн хоть был человеком широких взглядов и добрым, но весьма упрямым. Это ему досталось от отца. И то что он целую неделю обдумывал события на крыше недостройки это еще не много. Вот когда Томас Уэйн месяц не мог понять почему когда он подарил Марте на именины замечательный набор полевого врача, и она обиделась, то он искренне возмущался этому и не мог понять, почему ей не нравился этот подарок. Ведь он выбирал его (набор) как себе! Поэтому Альфред уже привык, что приходилось выбирать слова для того, что бы сподвигнуть и мастера Уэйна и остальных домочадцев, что словно по духу ему “родственники” такие же тупыеупрямые как бараны, могли бы изменить свое мнение быстрее, чем обычно. И мало кто знал, но именно благодаря Альфреду порой принимались важнейшие решения на такого рода совещаниях, но этого никто не замечал...

Айзек Динклейдж.

За неделю работы со школьниками я прокачал еще три уровня Нарутотерапии и получил + 3% к психической устойчивости. Было трудно. Особенно с младшими классами. Много вопросов, очень много...

Но после такого графика у меня оставалась на понедельник еще одна школа и все.

Но когда я заходил домой то, почувствовал, что кроме Памелы и Харли здесь присутствует еще кто-то.

Зайдя в гостиную я увидел серьезную Харли и Памелу, а рядом с ними не высокого мужчину в очках и бакенбардах, что были единственными волосами у него в области головы.

– Ох! Это наверное вы детектив Айзек Динклейдж? – он встал и подошел ко мне пожать руку на что я ответил взаимностью – Меня зовут доктор Хьюго Стрейндж. Я работаю в Аркхэме...

– То есть вы меня решили забрать к себе на лечение? Я не против. Устал на работе, особенно с этой “работой с детьми”. Так, что с радостью отправлюсь с вами на лечение моих нервов.

– Ха-ха-ха. Вы и вправду весьма любопытный человек детектив. И с прекрасным чувством юмора. Это одна из самых лучших качеств человека, на мое скромное мнение.

Мы уже уселись и принялись пожирать глазами друг друга. Вернее девочки меня, я Стрейнджа, а доктор “Вивисектор” продолжил говорить:

– Но в некотором роде вы угадали о цели моего визита к вам. Я хотел вас попросить о помощи нашей структуре с пациентами.

Неожиданно!

– То есть у вас слабая охрана. Но я думаю, что с этим вам нужно обратиться к мэру или комиссару Гордону. Думаю, это в их ведомстве.

– Вы не так поняли меня детектив. Дело в том, что мне прекрасно известно, что у вас есть.... некий дар убеждения и чуткость к психическому состоянию человека. И рядом с вами сидят два примера: мисс Памела Айлси и Харлин Квинзель, моя бывшая коллега, что подпала под влияние одного очень известного постоянного пациента лечебницы Аркхэм. – Харли нахмурилась, но ничего не сказала – Я не жду от вас результатов и чего-то противоестественного. Но вот если бы вы могли бы попытаться, хотя бы попытаться помочь бедным пациентам Аркхэма, то возможно мы найдем ключ к их исцелению и у вас как у полицейского будет меньше работы. И Готэм будет в большей безопасности.

– Хм. Вы меня удивили. Весьма, даже не знаю, что и сказать, если честно.

– Вы главное не спешите отказываться. Подумайте я вас не тороплю И понимаю, что у вас есть и свои проблемы и служба. Со службой я могу помочь и упростить ее поговорив с комиссаром на этот счет. Думаю, он оценит идею и не будет против. Но опять-таки я вас не тороплю. Подумайте. Поэтому я вас пожалуй оставлю наедине со своими мыслями, меня ждут пациенты. Поэтому прощайте. – он было уже готов был уйти, но в дверях обернулся. – Ах, да! Чуть не забыл. Вы подали прошение на право проведывания Джокера? Его одобрили еще неделю назад. Просто почему-то у мед брата не получилось с вами связаться.

Интересную задачку мне подкинули. Мне тут фактически на официальных или полуофициальных засадах разрешили копаться в мозгах “жителей” Аркхэма?

Продолжение следует...

====== Глава 32. ======

Из расспросов, что я устроил Пэм и Харли понял, Стрейндж пытался им промыть мозги на тему, помощи ему “заарканить” меня к себе в помощники. Не то чтобы я был против но не нравится он мне, как раз из-за того, что решил полезть в мозги к ним. Хотя я и по канону знаю, что он кабы преступный гений и мастер манипулирования. Но еще знаю что он ученый, которому весьма интересен процесс лечения своих пациентов. Не знаю насколько у него сильна профессиональная часть его профессии в нем, но думаю, у него и вправду в мыслях есть желание вылечить или же залечить местных фриков.