Положа руку на сердце, вряд ли генералитет US Army всерьёз хотел устроить атомный апокалипсис - то, что красиво смотрелось на бумаге и учениях, могло и не сработать в реальных боевых условиях. Зато как политический козырь смотрелось идеально! Вот только повешенное на стену заряженное ружье - уже риск выстрела в самый неподходящий момент. Ответом на “дропшот” стала разработанная в кратчайшие сроки “система “Мёртвой руки””, “Юаньжоу”. “Периметр”. Краткость сроков объяснялась прежде всего тем, что так необходимые для построения квазиавтономного “электронного главнокомандующего” элементы оказались разработаны… в научно-технических центрах вассалов императорского рода.

Кибернетика, алхимия и генетика. Не то, чтобы запрещённые на территории ВИ - скажем так, основательно дискредитированные по итогам Великой Войны и вызывающие негативную реакцию у части подданных. Генетика - из-за того, что использовалась, как обоснование расовых теорий, популярных в Европе начала двадцатого века. В свою очередь принцип “расового превосходства” послужил одной из идеологических основ нападения на Империю - этого не забыли и не простили. Кибернетика противопоставляла Дух человеческому разуму и активно не нравилась представителям основных конфессий ВИ. Алхимию же до судорог ненавидели маги созданного в конце войны Ордена Равновесия - между прочим, лично присягнувшие именно государю.

Как в таких условиях Император Роман умудрился одной рукой поддерживать “идеологический климат” в стране, мягко запрещая и жёстко “хлопая по рукам” слишком “прогрессивным” индивидам и организациям, а другой - создать фундаментальную и прикладную научную базу по этим же дисциплинам? И ведь тайну удалось сохранить - несмотря на приличное количество вовлечённых в дело людей. И в нужный момент хозяин Запретного Города просто вытащил нужные наработки по цифровым вычислительным машинам, словно мошенник - костяшку маджонга из рукава. Оп! И второй раз повторил “на бис” с генетикой - когда пришло известие о западных экспериментах с биологическим оружием.

Что интересно, никакого общественного резонанса не было. Новость, разумеется, не попала в СМИ - но, как говорится, слухами земля полнится. Однако, уже прошло прилично времени после окончания конфликта и “вошло в возраст” первое по-настоящему послевоенное поколение, эмоции поутихли, да и интересы сменились. Кроме того, обвинить монарха в желании придержать передовые научные данные для организации монополии в оборонной отрасли при всём желании не получилось бы - поделился и наработками, и самими учёными со свежеорганизованными военными, а потом и гражданскими НИИ. Зато финансовая элита и некоторые, не связанные с монархом, аристократические роды восприняли произошедшее чуть ли не как личное оскорбление!

Разбираясь с делами после смерти отца, Юрий долго не мог понять - что послужило причиной такой вот, иногда прямо-таки звериной ненависти. Скромные служащие Лазурного Дворца порой приобщали к делам такие аудио и видеозаписи, что бывшему принцу становилось не по себе. Угрозы, измышления пыток для членов венценосной фамилии, призывы “разрушить шайтанов гадюшник” - если сборище купцов сопровождалось попойкой, доходило до пены у рта, натурально. За что, спрашивается?

Не пытался родитель “отжать” государственные контракты у других крупных купцов - строго говоря, работа с оборонным сектором экономики вообще для частников была крайне затратной и трудоёмкой. Военная промышленность, как и космическая, добывающая, тяжёлая - практически целиком находилась в собственности государства. Слишком уж затратно, слишком медленно окупается - и всё равно полная зависимость от единственного заказчика-покупателя в лице Великой Империи. Тем более, не было в ведении Императора собственно производства - в смысле, массового, только опытовое. Весь цикл разработок заканчивался на составлении проектной документации и выпуска демонстрационной партии изделий - обычно, пары-тройки штук, собранных по большей части вручную. Более того, несмотря на всю демонстрируемую друг другу в кулуарах непримиримую позицию, те же архи-миллионеры и национальные товарищества охотно покупали право на производство разработанного, зачастую жестоко сражаясь за хотя бы временную монополию в выпуске продукции. Выглядит как лютый бред! Или всё-таки…

Понимание к сыну Романа пришло только после того, как он мысленно совместил очередной “вброс” от подконтрольных отцу НПЦ с изменениями в производстве совершенно мирных товаров ширпотреба. Например, персональные компьютеры* массово стали производиться как раз после внедрения цифровых вычислительных устройств в армии, создав целый огромный сегмент рынка “из ничего”. Или не менее драматическая, но менее заметная для обывателя революция в синтетических тканях, стоившая состояния одним ткацким магнатам и вознёсшая на пьедестал экономической элиты нескольких других. И так произошло не раз и не два: внедрение Глобальной Сети, системы электронной компьютерной связи, натуральным образом обрушило рынок услуг междугородной связи, а продажи компактных сотовых телефонов заставили делать резкие телодвижения уже местных операторов связи.

[*”Компьютер” - одно из редких заимствованных слов в языках Великой Империи. Дело в том, что слово “вычислитель” к моменту массового внедрения микропроцессорной техники твёрдо ассоциировалось с аналоговыми вычислительными машинами, очень популярными до того момента в ВИ во всех механизмах автоматизации. По той же причине не появилась аббревиатура “ЭВМ” - аналоговые вычислители тоже построены на тех же электронных компонентах: сопротивлениях, индуктивностях и т.п.]

В общем, великобогатеев можно было понять: вроде бы отрезанный от прямой власти Государь-Император держал их всех вовсе даже не за шею, а за куда более чувствительное место. За кошелёк. Причём для основной массы граждан все эти события оставались за кулисами: полноту картины могли охватить лишь немногие, те, у кого была возможность отследить тенденции. При всём при этом Роман вовсю пытался (ну или делал вид - теперь уже Юрий немного сомневался в том, что знал отца хорошо) сгладить эффект от своих вмешательств: “придерживал” прорывные новинки, могущие в одночасье перевернуть рынок, если их выпуск не был необходим для безопасности государства, неоднократно встречался с архикупцами - и многое другое. Так что дальше криков и проклятий на частных вечеринках дело не шло. А потом Император умер.

Что интересно, не пошли купцы и товарищества на поклон к Юрию - возможно, примерно представляли ситуацию и надеялись, что наследник упустит бразды правления? Или ждали, что пригласят - чтобы явиться и поторговаться на условиях не просителей, но гостей? Чёрт их разберет. Приглашения они дождались, вот только услышали совсем не то, что ожидали. О грядущей неизбежной войне Востока и Запада.

Молодой Император не любил вспоминать этот момент: для него сюрпризом оказалось, что высоковлиятельные подданные могут оказаться… слепыми дебилами! И ведь первичная информация была предоставлена в полном объёме, и условия сотрудничества предложены такие, от которых предприниматели никогда не отказываются: расширить давно поделенный рынок на новые территории, из финансовых воротил половины мира выбраться в мировых! В конце концов, поддержать и защитить собственную страну, в преданности которой они так истово клялись: экономическое воздействие часто бывает эффективнее самых могучих пушек. Но ему, Юрию Романовичу Рюрикову-Хэ Мин просто… не поверили.