— Нет, только через мой труп, – пробормотала она.

Она осмотрела цепи, сожалея, что не попросила Виктора задержаться достаточно долго для того, чтобы открыть их. «С другой стороны, – подумала Миранда с отвращением, – стена, на которой он висит, пожалуй, чище, чем пол, на котором куча пыли и осколков».

— Чейз, – прошептала она, сжимая его щеки, чтобы поднять голову. Это потребовало больше усилий, чем ожидалось. У мужчины была тяжелая голова.

— Медвежонок, – напевала девушка. – Время просыпаться.

Она прижалась губами к его губам, надеясь расшевелить.

Ничего, даже не дернулся.

Вздохнув, Миранда отпустила его голову и приготовилась прибегнуть к более эффективной тактике. Она схватила его бубенцы и, молча извинившись, сильно сжала.

Внезапная боль вытащила его из пропасти тьмы, в которую погружалось сознание. Чейз сосредоточился на яркой вспышке, и, сопротивляясь волнам усталости, попытался оттолкнуть ее.

В его голове зазвучал тревожный голос.

— Прости, мой ворчливый старый медведь. Я не хотела причинять тебе боль, но ты должен проснуться, а у меня закончился нашатырь.

Чейз открыл мутные глаза, когда знакомый голос привлек его внимание.

— Мир-р-ран-д-да? – невнятно произнес он.

— Да, Чейз, это я.

Мягкие ладони коснулись лица и подняли тяжелую голову. Обеспокоенные зеленые глаза всмотрелись в его, и здравый смысл вернулся к Чейзу.

Миранде нужно уходить, прежде чем ее тоже поймают.

— Зесь опасно, – пробормотал он. Язык не слушался. – Ухи. Убий сейчас.

Искаженная речь огорчила его, но не так сильно, как то, что она не сразу подчинилась.

— О, мой бедный медвежонок. Что они сделали с тобой?

Чейз моргнул и покачал головой, пытаясь стряхнуть действие препарата.

— Тэа ядывитых мееедовой булочки.

— Как ты меня назвал? Медовые булочки?

Она задумчиво посмотрела на свою задницу. На этот раз Миранда была прилично одета – в штаны до лодыжек. Блин, меньшее количество одежды, возможно, заставило бы его сердце биться быстрее.

— Хм, думаю, что могу жить с этим прозвищем. Хотя, я думала, что подойдет и медовый пирожок.

Ее нарочитая глупость раздражала, что, в свою очередь, заставляло кровь Чейза течь быстрее.

— Миранда, – зарычал он. – Это не смешно.

— Знаю, но могу только сказать, что ты выглядишь ужасно сексуально в цепях. Только подумай о том, что я могу сделать с тобой, – сказала она, облизывая губы.

Ну, это определенно заставило кровь прилить, только не к той голове. Способность рассуждать понемногу возвращалась и странность того, что она обнаружила его, поразила.

— Как ты меня нашла? – спросил он, нахмурив брови. Чейз отказался даже предположить, что Миранда могла принять участие в его похищении. Хотя само ее присутствие казалось чертовски странным.

— Я говорила тебе, что работаю секретным шпионом, – дерзко ответила она и подмигнула.

«Я точно задушу ее. После того как оттрахаю, а может, задушу, когда буду трахать», – подумал Чейз.

— Это не игра, Миранда!

Она проигнорировала его крик, пересекла комнату и высунула голову за двери.

Вдалеке слышался приглушенный звук стрельбы, который вызвал выброс адреналина в теле. Он напряг мышцы рук, и когда силы вернулись, эффект от наркотиков немного исчез, но этого оказалось недостаточно, чтобы помочь ему. Чейз напрягся в цепях, звеня ими.

Миранда вернулась, встала перед ним и покачала головой.

— Не напрягайся, милый медвежонок. Мы снимем с тебя эти цепи через несколько минут.

Она похлопала его по щеке, словно успокаивая.

«Так, просить по-хорошему не получилось», – он зарычал.

— Глупая зайка. Ты собираешься убить себя. Тебе нужно уйти. Это не безопасно.

— Да, да, ты постоянно это твердишь, но какой же я буду соседкой, если уйду? Прости, мой сварливый медведь, но я не уйду, пока не спасу твою тушку, – прощебетала она. Миранда проигнорировала его разочарованное рычание, с интересом рассматривая наручники. Она провела пальцем вдоль цепи к стене.

— Это не какое-нибудь приключение или история Пасхального Кролика, – прошипел он. – Ребята, которые схватили меня – настоящие засранцы. Черт, я не хочу, чтобы тебе было больно.