– Больше я не отпущу его, - серьезно заявила она.
– Больше я никогда его не отпущу...

Глава 2. На той стороне.

Когда мы вышли из черного пространства Гарганты, то оказались в весьма большом пустом зале. В нем преобладали белые и серые тона камня, было весьма прохладно и мрачно, но иного от Хуэко Мундо ожидать не стоит. Хотя постройка явно не творение архитектурного гения пустых, если только он не знакомый мне Старик. Но наличие потолка несколько не в стиле этого творца.

– С возвращением, Айзен-сама!
– прозвучало два голоса.

Перед нами предстало двое существ, которые вроде как должны быть обычными адьюкасами, но в них имелись некие, не сразу бросающиеся в глаза изменения. Один представлял собой нечто с четырьмя руками, с одним коротким хвостом вместо ног и маской с клювом, на плечах у него реяла белая накидка. И его можно было бы принять за обычного адьюкаса, если бы не сломанная в одном месте маска, показывающая человеческое лицо, точнее, его часть.

Второй был очень крупным гуманоидом, больше похожим на человека, уже в одежде и с волосами на голове и маской, закрывающей только верхнюю часть лица.

– Рады вашему возвращению, - поклонились оба пустых.

– Кто это?
– спросил я.

– Новая часть моего эксперимента, - пояснил Айзен.
– Это Арранкары - самая высшая ступень эволюции пустых. После того как Вастер Лорд развивается выше своего предела, он становится почти человеком по внешнему виду.

– Арранкар, - задумался я.
– Я уже слышал о подобном...

– Да, те трое, что напали на вас, были арранкарами, но они эксперимент другого моего подчиненного. С ним ты познакомишься потом.

Значит, я был прав. Те трое были нужны исключительно, чтобы задержать меня и не дать вернуться в Мир Живых. Там как раз Ичиго, Така и Исида били Меноса, потому там я только помешал бы, не дав сражаться. Но, учитывая, что Айзен заинтересован в том, чтобы парень стал сильнее, ничего удивительного.

– Не особо оно все похоже на 'высший этап эволюции'.

– Я пытался искусственно развить их потенциал и довести до этого состояния. Они одни из первых моих попыток. Сейчас эти двое привратники.

– Рады быть полезными, Айзен-сама!
– сказали они хором.

Какие преданные. Даже на мои слова не отреагировали. Обычно адьюкасы очень резко реагируют даже на намек об оскорблении, а тут вообще никакой реакции. Необычно для пустых.

– Я так понимаю, есть и более продвинутые создания.

– Я обо всем расскажу позже, - улыбается он и двинулся к лестнице.

Я лишь пожал плечами и двинулся с Гином и Тоусеном за ним.

Когда мы покинули это место, сразу же вышли в пустыне Хуэко Мундо.

Стоило мне вдохнуть воздух этого мира, как странное чувство умиротворения нахлынуло на меня. Вновь оно, будто я оказался дома и теперь этот мир приветствует возвращение своего сына к себе. Все же, что бы не говорил обо мне Айзен, я все же ощущаю себя как пустой и чувствую большее родство с этим миром.

– 'Дом...'

Мы двинулись в сторону, и я некоторое время обдумывал последние события.

Да, так резко переходить на сторону предателей было не особо красиво, но в той ситуации выбора у меня действительно не было. Когда я услышал всю историю о себе, то с трудом подавил нахлынувшие эмоции. Благодаря Куроцубасе мне удалось справиться с чувствами и проанализировать ситуацию.

У меня был выбор, остаться с Готеем или перейти на сторону предателей, и оба варианта весьма сильно меня напрягали.

С одной стороны, на стороне Готея были мои старые друзья и любимая. Может не все, но многие бы точно приняли меня таким. Со временем и, возможно, с помощью Урахары я вернул бы себе свой облик и хотя бы внешне перестал бы быть таким жутким. Вряд ли Готей позволил бы мне вернуться в свои ряды, я не дурак, чтобы не понимать, что пустому там не место, но я был бы союзником и все равно мог бы видеться со своими друзьями.

Да, было бы неплохо, но у этого варианта имеется ряд проблем.

Неизвестно, насколько Готей доверял бы мне. Рассказав все это прилюдно, Айзен поставил меня в весьма шаткое положение. Кто знает, что мог со мной он сделать за эти годы. Может, он способен контролировать меня или внушать какие-то мысли, а может, во мне записана верность ему и подчинение. Куроцубаса не обнаружила во мне ничего такого, но, как мы уже уяснили, и она не все знает о нас. Так что быть уверенными на все сто процентов или доказать это я бы не смог. Страх перед такими мыслями рано или поздно появится в синигами. Я и сам не знаю, может, что-то такое во мне и есть.