— К чему ты клонишь?

— Столы… Столы никогда не меняются… Чтобы на них не воздействовало, они будут стремиться вернуться к своему первоначальному виду, ибо в этом смысл их существования. Люди же стремятся к хаосу… Мне продолжать злодейский монолог, мой верный ассистент?

— Чтобы я услышал побольше шаблонных фраз? Нет уж извольте… И я не твой ассистент! — раздражённо сказал парень.

— Как знать, как знать. Но факт остается фактом, ты — мой самый лучший зритель, что пытался постичь непостижимое, разгадать трюк, словно я обычный фокусник. Но то, что сейчас происходит, за рамками обычного человеческого восприятия, — после этого ученый театрально развел руками.

— Признаю, ты великолепно все спланировал, и в этой битве разумов я потерпел тотальное и сокрушающее поражение… — ученый улыбнулся, осознавая, что противник повержен. Наверно предполагал, что раз детектив не будет ему противостоять, то от безысходности присоединится. — … Но ты ошибся в своем рассуждении. Может, я и не смог остановить тебя, но мне удалось разгадать твой план, — парень торжественно улыбнулся, может, немного и фальшиво, но это было не столь важно. Эффект был достигнут, и ученый впал в легкий ступор, сейчас любое преимущество было на вес платины.

— Разгадал? — медленно и удивленно спросил ученый, опуская чашку чая на стол, чтобы случайно не уронить.

— Еще до того, как ты мне начал рассказывать свой злодейский монолог, — спокойно сказал детектив, — может, я и не все знаю. Возможно, не мир вокруг меня, а я сам погиб, попав в чистилище, где до скончания веков я буду в компании вестника смерти… Но! Если все это вдруг взаправду, если я не сошел с ума и не разговариваю с самим с собой, то зачем стирать этот мир? Зачем оставлять меня в живых? А причина проста. Ты хочешь создать новый мир! И более того, тебе нужен свидетель, достойный компаньон, что в состоянии понять и оценить твой тяжкий труд, — ученый был поражен проницательностью детектива и рад, что опустил чашку на стол, иначе не факт, что не уронил бы её. Потом улыбнулся и сделал несколько хлопков в ладоши.

— Я в тебе не сомневался, ты оправдал все мои ожидания. И зачем я только писал этот монолог? Ты и без моих слов все понял, — ученый достал из кармана портативный планшет с записями и метнул его парню, который ловко его поймал. — Почитай на досуге, я старался, расписывая всё.

— Пожалуй, отложу до следующего раза, — сказал тот, пряча его в карман.

— Только не тяни долго, вскоре ты воочию увидишь новый мир, и в злодейском монологе отпадет нужда. Маховик запущен, не важно, что здесь произойдет, или сколько людей покинут эту крышу, через 24 часа появится новый мир, что словно феникс воскреснет на пепле старого…

— Если только я не остановлю его создание раньше… — холодно ответил детектив.

— Остановишь? — ученый встал из-за стола, едва не задев термос с чашкой, и засмеялся. — Этот процесс неостановим, да и зачем пытаться его остановить? Здесь тебя больше ничего не ждет, все это уже в прошлом, надо двигаться дальше. Или ты держишься за свою человеческую натуру? Боишься потерять самого себя, если примешь действительность такой, какой она есть? И каково быть таким человеком?

— Честно? — детектив улыбнулся, он и сам не понимал почему, просто не мог вот так все закончить, даже не попытавшись. — Это ужасное и неблагодарное занятие, на которое все без исключения обречены. Но это не значит, что это плохо. Да, жизнь сама по себе трудная и порой несправедливая, но наша цель преодолевать эти трудности и становиться сильнее в стремлении к ней.

— Я когда-то раньше тоже был таким, идеализировал само понятие жизни, пытался верить в лучшее, что есть людях, но всегда наступал момент, когда перевешивала их темная сторона, и они становились теми, кем они являются. Без оков общества, общепринятых правил и законов. Между прочим, именно этих людей ты чаще всего видишь у себя на работе. Их окружает необъятная тьма, которую не разогнать. Ты думаешь, что являешься лучом надежды, что вновь и вновь разжигаешь пламя жизни, прогоняешь тьму, находишь преступников и отдаешь в руки правосудию. Но правда этого мира в том, что пламя всегда отбрасывает тени. Сколько бы ты их не ловил, сделанного ими не вернуть, а преступления всегда будут совершаться. Ты никогда не сможешь полностью осветить тьму в их загнивших сердцах, как и искоренить их всех.

— А мне и не нужно его освещать. В каждом человеке есть добро и зло. Я лишь указываю нужный путь тем, кому могу, а придерживаться его или нет — решение каждого человека. Каждый из нас по-своему борется с тьмой и неизвестностью, что зовется человеческим сердцем. Вот только ты не борешься, ты бежишь от всего.

— Бегу? — ученый лишь удивился. — Ты хочешь сказать, что я трус? — он нервно улыбнулся и уже чуть ли не перешел на крик. — Я теперь Бог! Я контролирую все, и все подвластно моей воле! — похоже, последние слова сильно задели за живое, вот только он никак не ожидал, что следующие два слова полностью все перевернут.

— Теория Бога, — ученый прекратил психовать и в нерешительности замолчал. Даже более того, он был ошеломлен. Похоже, детектив ударил по больному и смог вновь выиграть небольшое преимущество. — Ты же читал эту работу, не так ли?

— Откуда ты о ней знаешь? — ученый сел и налил себе чай, после чего залпом опустошил чашку, в попытке успокоиться. — Это невозможно, этой работы не должно существовать в принципе.

— Но все-таки она существует, и, даже более того, я ознакомился с ее содержанием. Поначалу мне казалось, что это скорее не научный труд, а научная фантастика. Книга, написанная, чтобы развлечься и отдохнуть за ее прочтением. Но возникает вопрос, почему она тогда имела высшую степень секретности? А, как оказалось, потому, что это был не рассказ, а инструкция, которой ты руководствовался и даже помогал написать, — ученый лишь стиснул зубы, подтверждая догадку парня. — И, согласно этой научной работе, достаточно решить «Пять проблем нового мира», и ты будешь в состоянии стать богом, который создает и контролирует миры. И все это время, что мы играли с друг другом в кошки мышки, ты искал ответы, как решить проблемы. Пока не нашёл их сегодня.