— Безусловно, и наш отец захочет вас поблагодарить.

— Я посоветовал бы вам не говорить ему о том, что вас пришлось спасать, — прервал ее Камерон.

Его тон снова развел их по разным мирам. И так всегда, подумала Фиона, не важно, сколько шагов они сделали навстречу дружбе. Казалось, имя ее отца неизменно возводило между ними барьер.

Алан сокрушенно посмотрел на свою спасенную лодку.

— Как вы думаете, мне удастся починить мачту?

— Обратись к Бобу Харкнессу, — порекомендовал ему Камерон, когда они вместе направились к пристани. — Скажи, я тебя прислал.

— Можно я оставлю «Чайку», привязанную к вашей посудине, мистер Камерон? — спросил Алан, и Фиона видела, как Камерон улыбнулся.

— Судно принадлежит Бобу, — пояснил он. — Боюсь, что я взял его без спроса.

«Но никто не стал бы возражать», — добавила мысленно Фиона.

— Может, мы еще с вами встретимся? — с надеждой спросил Алан. — Может, завтра на озере?

— Завтра я буду в «Ардталлоне», — ответил Камерон и добавил: — Не советую пускаться в плавание в такую ветреную погоду.

Алан задумался над его советом, а их спаситель свернул на узкую тропинку вдоль берега, а Фиона, глядя ему вслед, подумала о его работе в «Ардталлоне» и о тех женщинах, которых он может встретить там, ощущая в сердце легкие уколы ревности.

Глава 5

Спустя два дня в «Тримор» прибыла Элисон Маккензи. Она оказалась женщиной необыкновенной, слишком высокой для своего пола, с прямой, гордой осанкой дочери викингов, ее высокие скулы и бесстрашные голубые глаза ассоциировались с нордической расой.

Она была родом из Ская и говорила с теми мягкими интонациями горных жителей, которые уже полюбились Фионе. Ее возраст не поддавался определению, и это поначалу вводило в замешательство. Но Элисон честно призналась, что ей сорок пять, хотя на ее гладком лице с высокими бровями не было ни единой морщинки, а волосы, убранные в золотистую корону на голове, отливали на солнце цветом спелой пшеницы.

Фиона прониклась к ней симпатией с первого взгляда, будучи уверенной, что лучшей экономки им не сыскать во всей Шотландии, однако ее отец проявил крайнюю сдержанность в своей оценке, сухо заметив, что она «слишком хороша для работы». В присутствии Элисон он почему-то ощущал себя не в своей тарелке, как если бы ее проницательные, всевидящие глаза видели слишком глубоко.

Однако Элисон была принята. Она знала «Тримор», так как работала здесь еще девушкой, да и по ее поведению чувствовалось, что эта женщина вернулась в знакомое место.

Фиона отвела ее на кухню представить Катрине, и обе женщины сразу же узнали друг друга. Короткое приветствие на их родным языке было произнесено без улыбок, и Фиона догадалась, что Элисон не вызвала у миссис Макфри доверия. Катрина, как вскоре узнала Фиона, была суеверна сверх всякой меры, а Элисон не разделяла дремучих верований старухи.

Элисон Маккензи поселилась у них без суеты, взяв на себя все заботы по хозяйству.

Все эти дни они не видели Камерона, и Фиона начала ощущать смутное беспокойство.

Однажды после полудня, прогуливаясь в направлении Порт-на-Фариш, она свернула на дорогу, идущую берегом, и оказалась на окруженном деревьями открытом пространстве, где стоял ее отец в тот день, когда Камерон спас их на озере. Две скалы образовывали здесь крохотный заливчик, на дне которого среди водорослей Фиона рассмотрела остатки фундамента.

Развалины старой фермы, подумала она, и, поежившись, повернулась, чтобы уйти, смущенная силой чувств, захлестнувших ее. Здесь было прошлое; возможно, зловещее и разрушающее.

Пройдя несколько шагов, Фиона услышала звук треснувшей ветки, заставивший ее оглянуться. И тут увидела Айэна Камерона, который приближался к ней через верещатник.

— Я заметил вас с озера, — пояснил он, не подойдя. — Мне хотелось бы с вами поговорить.

Они отошли от заливчика, и Фиона почувствовала облегчение, поскольку он вызывал у нее странное ощущение и действовал угнетающе.

— А я уж подумала, что вы нашли в «Ардталлоне» постоянную работу, — заметила она. — Прошла неделя с того дня, как вы не дали нам с Аланом утонуть!

— Я был занят, — отозвался Камерон. — В отель прибыла целая компания — со многими из этих людей я давно знаком. Сейчас погода для охоты самая что ни на есть подходящая… — И без всякого перехода заговорил о том, что его, видимо, занимало: — Мисс Давиот, есть кое-что, что мне следовало сделать уже давно, еще до того, как вы приехали в «Тримор-Лодж». Я продал дом со всей обстановкой, но сделал глупость, забрав из него одну вещь, которой следовало бы остаться там.