– Мечты о работе вообще не пользуются спросом, – заметила Одри, принимая от робота чашку с жидким кофе. – Все мечтают о том, чтобы получить что-то просто так. О подарках. О развлечениях.

– Разве это плохо? – Сильвестр втянул голову в плечи. – Я бы с удовольствием отдохнул, но не могу.

Они вышли из квартиры, и дверь за ними защёлкала электронными замками.

– И правильно. Нам платят не столько, чтобы мы могли купить хорошую мечту, а покупать подделки на чёрном рынке опасно. Вот и подтверждение этому, – кивнула девушка на старуху-соседку, с блаженным видом сидящую на половичке возле своей двери.

История соседки была известна всему кварталу. Она купила себе мечту об отдыхе у моря. Правда, денег на настоящую мечту у неё не было, поэтому соседка связалась с нелегальным бизнесом и приобрела заветную бутылочку из-под полы. Результат не замедлил сказаться – к настоящему морю соседка не поехала, зато до сих пор считает, будто находится на пляже. И, между прочим, абсолютно довольна и счастлива.

– Проходите, не загораживайте солнце, – пробормотала она, пытаясь устроиться на половичке поудобнее.

Одри было жаль старушку, хотя иногда девушка и думала, что та, в отличие от большинства дримлян, действительно счастлива. Пусть и находясь в воображаемом мире из-за действия токсичной, не очищенной мечты плохого качества.

– Одри, мы опаздываем, – снова напомнил папа. Он уже заводил маленький дребезжащий аэромобильчик.

Девушка с неохотой села в машину, и та, чихая и поскрипывая, полетела по воздушной трассе.

От болотца внизу тянулся зеленоватый дымок. Одри закашлялась.

– Когда же власти обратят внимание на это озеро? – спросила она, обращаясь не к отцу, а скорее, сама к себе. – Как бы не случилась катастрофа.

– Это не наше дело, – механизм аэромобиля сбоил, поэтому Сильвестр сам напряжённо следил за дорогой. – Об этом подумают те, кто поумнее нас с тобой.

Одри фыркнула.

– Да, да, – отец укоризненно покачал головой. – Мы должны стараться выбиться в люди. Вот Лоуренс Бонд, – добавил Сильвестр, пролетая через очередную голографическую рекламу, – всем известно, что он, как и мы, родился на окраине, но ведь теперь его знают все! Он настоящий герой!

Девушка тихонько вздохнула. Она тоже слушала вчера тот выпуск новостей, где рассказывалось, как Лоуренс спас от нашествия монстров очередную планету. Наверняка быть героем нелегко… Зато так здорово!..

Сильвестр очень спешил и ловко протискивался в любые дыры воздушной трассы. Наконец впереди замаячила знакомая хрустальная башня корпорации «Дримус».

– Успеваем, – пробормотал отец, но тут же выяснилось, что подъехать к зданию нельзя: въезд заблокирован, а возле него собралось уже много аэромобилей – от красивых и новеньких, принадлежащих управлению, до примерно таких же, на которых приехали Одри и Сильвестр.

– Что-то случилось? – Одри высунулась в окно и огляделась: вдруг кому-то нужна помощь?..

– Лоуренс Бонд… приехал сам Лоуренс Бонд! – возбуждённо гудела толпа.

Две ярко-жёлтые девицы, очевидно, поклонницы героя, пытались взять ворота штурмом, но их оттеснила охрана.

– Ну вот, теперь опоздаем из-за него, – вздохнул Сильвестр. – Глядишь, и нас уволят!

Он был искренне расстроен, хотя Одри не видела ничего плохого в том, что они опоздают на работу, причём даже не по своей вине, а из-за этой звезды…

– Лоуренс! Лоуренс! Посмотри на меня, Лоуренс! – кричали поклонницы, но их кумира даже не было видно.

– Ничего, – пробормотала одна из них. – Ещё немного, и я куплю себе мечту, чтобы он на меня посмотрел.

– Не связывайся с этими дешёвыми мечтами, – отозвалась подруга. – Я себе такую тоже покупала. Он на меня посмотрел, но даже не заметил! Как обидно!

В это время, к счастью, открыли ворота, и можно было наконец въехать во двор.

– Опаздываете. Нехорошо, – заметил начальник отдела, когда Одри и Сильвестр прошли через электронный портал, отметивший время их прибытия.

– Так получилось… мы очень спешили, но пробка… – забормотал Сильвестр.

– Какая пробка! Нужно выезжать раньше! – рявкнул начальник.

– Я выехал… Я больше так не буду…

– Пап, не извиняйся! – Одри дёрнула его за рукав, но отец, не обратив на это внимания, умоляюще смотрел на начальника.

Одри закатила глаза к потолку и состроила самую страдальческую мину, на которую только была способна. Бедный папа! Он вечно чувствует себя виноватым и извиняется перед всеми. Конечно, хорошо быть вежливым и добрым, но не со всякими же хамами, которые позволяют себе орать на вас.