— Предпочитаю не снимать акцизных марок с бутылок виски и не портить приятные сюрпризы — всё же бутлегерство есть бутлегерство.

— По этой же причине ты не снимаешь запретные вещи со шлюх. Хотя у шлюх их и так давно нет. Хренов любитель сюрпризов.

— А еще я не выношу под утро то, что ты оставляешь от невинных дам в своём номере. Жаль, что ни Анна, ни Весна с тобой не спят — я давно не слышал качественного визга поутру.

— Невинные здесь, в «Сломанном сне»? С этого момента, пожалуй, я буду называть тебя Когни Диссонант, сэр. Бад Диссонант. Вэри Бад Диссонант, сэр!

— В любом случае, не все одобряют, что ты каждую ночь играешь с дамочками наверху в самку богомола, — Чумной Доктор внес свой скромный вклад в беседу. Бад покачал головой.

— Никогда не говори о Клэме так. Адреналин в крови этого парня склонен превращаться в сливочное масло. А что происходит в это время у него в голове, лучше даже не представлять.

Ритм мотора изменился, автомобиль рванулся вперед, как преследующий вкусную антилопу гепард. Клэм колдовал над рычагами и индикаторами, будто старый и порочный алхимик — над составом философского камня.

— Выходим на дистанцию удара, — равнодушно сообщил Чумной Доктор. — Господа, предлагаю изготовиться к стрельбе.

— Как считаешь, — Бад тоже высунулся в люк, держа в огромных руках толстую трубу реактивного огнемета, а за плечами у него висел еще один здоровенный тубус, тоже, надо думать, не пустой. — Что будет разумнее использовать в приближающейся схватке, «Шмеля» или «Вампира»?

— «Вампира», конечно, — ни на секунду не задумался Лейтенант. — Звучит внушительно, выглядит грозно.

— А может, «Шмеля»?

— Тогда, значит, «Шмеля». Горячо и надежно.

— А ты не особо-то полезен в этом плане, а? Не любишь спорить?

— Так и есть, — согласился ковбой.

— Вижу, на этот раз ни у кого нет сомнений в том, что этих ублюдков впереди нужно уничтожить? — Клэм-Гидрар высунул раскрытую ладонь в люк в запоздалом салюте, галстук на шее бился и стремился сбежать, словно маленький стяг. — Даже у тебя, мистер тысячелетний моралист?

— Главная цель моралистов состоит в том, чтобы научить людей уважать других и почитать их мнение, — помотал головой в тактических очках Бад. — Но на самом деле эти ребята просто не умеют материться. Я не из этой когорты, да и ситуация здесь совсем иная. Более щекотливая, я бы сказал.

— Зачем мы вообще во все это ввязались? — риторически рявкнул Клэм в пространство, перекрикивая вой набегающего потока ветра. Тощие ладони снова крепко лежали на вытянутом овалом руле. — У рыжих все равно нет души!

— Можно подумать, у тебя она есть, — отрезал Лейтенант. Он уже с минуту держал толстый, раскормленный зад автобуса 410 в прицеле своей чудо-винтовки.

Клэм захихикал мелким, прерывающимся смехом.

— Боги и демоны, разумеется, нет! В двадцать пятом веке душа у всех удаляется при рождении хирургическим путем! Тем самым в зародыше ликвидируется сама возможность попадания в ад.

— И в рай, — сказал Лейтенант.

— Никакого рая нет, парень, — мрачно сказал брюнет. — Вас всех обманули. Есть только ад, и смерть, и страдания. И еще наркотики.

— Тридцатисекундная готовность, — Бад все-таки выбрал реактивный огнемет. — Ковбой, пробьешь хотя бы одну шину, а лучше две, он потеряет скорость, а тут его встречу я. В багажнике стоит ловушка для душ, она включается автоматически и выловит твою рыжую, лейтенант, не сомневайся! Омни, твое дело — вести машину и не перевернуть ее, ни в коем случае не улететь в кювет, оттуда мы уже не выберемся. Доктор — следить за любыми передачами файлов поблизости и держать наготове свои чудесные способности. Те самые, с радиоактивными молниями. Ну что, парни, справитесь?

— Да пошел-ка ты в задницу, чертов алкоголик! — хором ответили парни.

***

— Одну минуту, — сказала Весна. Они уже не стояли посреди бара, как распинаемые бедолаги в коррумпированном суде Города-минус-один, а сидели за одним из уютных столиков в уголке. Бад, за неимением бармена, сооружал коктейли сам, кажется, придумывая рецепты на ходу, «Сломанный сон» постепенно заполнялся посетителями, но знакомых среди них пока не было.