Я чувствовала себя немного тревожно. Я не видела Себастьяна со вчерашней ужасной сцены, также это был первый раз, когда мы планировали провести вместе больше, чем несколько часов.

Была почти полночь, когда я услышала легкий стук в дверь. Я задремала на диване, пока ждала, когда он закончит свою смену в загородном клубе.

Я убедилась, что свет на кухне выключен, прежде чем открыла дверь.

– Привет.

– Привет.

Мы стояли, уставившись друг на друга, он слегка хмурился.

– Могу я войти?

– Конечно.

Я отошла, чтобы дать ему пройти, затем закрыла дверь. Когда я повернулась, он все еще смотрел на меня.

– Я хочу поцеловать тебя, - сказал он неуверенно.

– Хочешь поцеловать?

Я не знала, почему между нами было так много напряжения.

– Каро, что происходит?

– Ничего, просто поцелуй меня.

Он колебался меньше секунды, затем медленно подошел. Он прижал ладонь к моей щеке и опустил свое лицо к моему. Он поцеловал меня дважды, его губы легко коснулись моих, затем он обнял меня за талию и наклонился, чтобы прижать свой рот к моему.

– Я скучал по тебе, - прошептал он.

Я улыбнулась и ощутила, как мое тело расслабилось.

– Скучал?

– Да.
– Он притянул меня ближе.
– Я сожалею о вчерашнем, насчет... того, что сказала моя мама.

Я резко выпрямилась, и его руки опустились по бокам, когда он с опаской смотрел на меня. Нам нужно поговорить об этом. Сейчас.

– Она знает? О тебе и обо мне?

Он яростно покачал головой.

– Конечно, нет!

Я посмотрела ему в глаза.

– Потому что она сказала кое-что, что заставило меня подумать, что знает.

Себастьян с ужасом посмотрел на меня.

– Что она сказала?

Я поджала плечами.

– Пожалуйста, скажи!

Я протяжно выдохнула, закрыла глаза от неприятного воспоминания.

– Она сказала, что я «выставляю себя напоказ», и что я не «невинная», какой хочу казаться, что она все знает. Себастьян, что она знает? Ей, должно быть, что-то известно или почему она так преподносит это?

Он провел рукой по волосам, выглядя разозленным и расстроенным, но оставался решительно молчаливым.

– Ради всего святого, скажи мне!

Мой голос был громче, чем я хотела.

Он моргнул и отвернулся.

– Я клянусь, что она ничего не знает, Каро. Это просто…

Он сделал паузу.

– Просто что?

– Кое-какое дерьмо, которое говорил мой отец. Это ничто.

– Расскажи мне!
– сказала я решительно.

Себастьян злобно на меня посмотрел.

– Мой отец сказал, что ты горячая цыпочка и что ты не была бы такой скованной сучкой, если бы твой муж хорошо трахал тебя.

Меня затошнило.

Я подошла к раковине на кухне и наклонилась над ней.

– Так... так люди думают обо мне?
– пробормотала я.

– Нет! Боже, нет! Мой отец - мудак, Каро. Никто не думает так. Митч, Билл, Чес - все они считают тебя замечательной. Я имею в виду, да, они думают, что ты красивая, но кто так не думает? Но я уверяю, что они никогда не говорили ничего подобного!

Я медленно выпрямилась и повернулась к нему лицом. Он стоял с вытянутыми руками, как будто хотел прикоснуться ко мне, но боялся.

– Ты голоден?

Он был смущен внезапной сменой темы, уходящей от моего самобичевания.

– Голоден?

– Да. Ты ел сегодня в клубе?

Его руки опустились по бокам, и на мгновение он устало закрыл глаза, прежде чем подошел ко мне и обнял.

Я пыталась сопротивляться, все еще расстроенная из-за слов его отца.

– Каро, не отталкивай меня.

Он обернул руки вокруг моих плеч и держал меня.

– Извини, ладно. Извини, что рассказал тебе то, что сказал этот мудак. Черт, ты должна услышать, как он иногда называет меня... ну, может, и нет. В любом случае я больше не обращаю внимания. Важно только то, что мы вместе, хорошо?

Я не ответила.

– Хорошо?
– спросил он более решительно.

Я сделала глубокий вдох.

– Хорошо, - согласилась я тихо.

Он поцеловал меня в волосы и улыбнулся.

Мы стояли так несколько минут, наслаждаясь моментом покоя.

– Так ты голоден?
– спросила я снова.
– Ты ел сегодня?

Он закатил глаза, и я улыбнулась.

– Нет, мы были завалены работой - у меня не было времени.

– Я сделаю тебе что-нибудь поесть: лингвини, песто и кедровые орехи, хорошо?