– Вот и я о том же, твою классную подтянутую задницу и накаченные ноги показывать нужно, а ты тут сидишь под деревом, - она смотрит на крону уже пожелтевшего дерева, - и снова зарылась в своих книгах. Идем, на пару опоздаем, скоро уже звонок. Ты хоть что-то ела?

– Да я не хочу.

– Ну ты как обычно, - она достает из сумки запечатанный сэндвич и шоколадный батончик, - держи, твой сегодняшний запас углеводов.

Ох, как же я люблю свою заботливую подругу.

– О Рэйч, чтоб я без тебя делала, - чмокаю ее в щеку и забираю свой сегодняшний ланч.

– Над чем хоть думала?

– Одиннадцать минут.

– О-о-о. Тема о сексе всегда актуальна, только не могу понять, почему именно тебя так интересует жизнь и мнение той проститутки.

– Мне нравится Коэльо. У него весьма тонкие взгляды на некоторые довольно простые вещи в жизни.

– Так, ладно умничать, ешь свой сэндвич и идем, сейчас у Горди выскажешься по полной. Уж он тебе даст такую возможность.

Самый интересный для меня предмет и, наверное, это единственное хорошее за сегодняшний день. Что до этого было скучно, и я смотрела то в окно, то на доску, то вообще думала о вечернем занятии в студии, что после этой пары не знаю, как досидеть до конца. Хорошо, что рядом Рэйч, она может что-то придумать весёлое и, например, начать задавать вопросы преподавателю совсем не по теме. Звучит, конечно, странно, но это очень развлекает группу. Уже многие знают, что она заводила, когда скучно.

 На паре у мистера Горди мы ведем дискуссию о произведении Шекспира "Гамлет" и в очередной раз новая рецензия добавлена в мой дневник. Следующую пару я просто просиживаю штаны, так как история - наука о фактах и ее просто нужно знать. Скучно нереально. Даже моя усидчивость дает трещину, а терпение уходит и тает невесомым облачком. Наконец, четвертая пара – грамматика и этика. Голова, кажется, уже скоро лопнет от полученного за сегодня объема информации и я уже половину фильтрую на входе. Так, это нужно, это тоже, а вот это, пожалуй, мне в жизни и не понадобится. Тяжело вздохнув, я посматриваю на часы в томительном ожидании окончания занятий. Неожиданно у меня в кармане вибрирует мобильный. Достаю и смотрю на экран. Это Кэвин. Странно. Мы только говорили об этом утром, а он опять за своё! Просила же не звонить мне во время занятий! Вот возьму и не дам ему на завтра с собой денег! Сбрасываю, но звонки повторяются снова и снова. Меня начинает злить неугомонность и настойчивость брата. В возмущении я набираю побольше воздуха в лёгкие и делаю успокоительный протяжный выдох. Подняв руку, прошусь выйти из аудитории, еще немного раздраженная.

– Кэвин. Что-то случилось? Я же просила еще утром мне не звонить, или ты уже забыл, о чем мы договаривались утром?

– Кирс!
– я слышу сильно напуганный голос младшего брата, - мама, ей снова плохо.

Маме плохо. Снова! Мы так надеялись, что приступы прекратятся, но ей становится только хуже. Уровень тревоги поднимается во мне на несколько уровней, руки подрагивают, а адреналин разгоняет кровь и пульс дико пускается вскачь.

– Плохо? Снова был приступ? Насколько плохо?

– Я не знаю Кирс, но мне страшно.
– Дрожащим голосом говорит он, всхлипывая.

– Кэвин вызывай 911, я сейчас буду.
– Завершаю вызов и забегаю в аудиторию, на трясущихся ногах подбежав к миссис Флэтчер. Нужно срочно везти маму в больницу. И с ней Кэвин, совсем один. Мне нужно быть там, рядом с ними.

– Миссис Флэтчер, я прошу прощения, звонил мой брат. Моей матери плохо и он вызвал скорую. Я перепишу конспект у Рэйчел Смолс. Отпустите меня, пожалуйста!

– Да, конечно, только я сообщу, что вы отпросились на вашем отделении.

– Да, я потом все сдам, - добавляю я уже вслух, подбегая к своей сумке и небрежно забрасывая трясущимися руками в нее свой конспект и вещи. Я глубоко дышу, стараясь сильно не выдавать свою тревогу, но на глаза начинают наворачиваться слёзы. На секунду я зажмуриваюсь, прогоняя подступающие слёзы и панику. Опять делаю глубокий, но уже судорожный вдох с тихим всхлипом. Так, соберись Кирстен!

– Ты куда? – шепотом спрашивает Рэйчел, хватая меня за руку.

– Кэвин звонил, маме плохо, и, по-видимому, на этот раз все серьезно. Я смахиваю слезинку, скатывающуюся по щеке, смотря на подругу. Рэйчел округляет глаза.

– Я тебе вечером позвоню.

– Ок, - хватаю сумку и бегу из аудитории. Сейчас мне необходимо добраться до дома, как можно быстрее. Там Кэвин и ему страшно, не меньше, а даже больше чем мне. Он беспомощен и не знает, что делать. Да и я тоже.

Выбегаю из здания университета на крыльцо и на пару секунд останавливаюсь сделать глоток свежего воздуха. Осенний прохладный ветерок обдувает мои слёзы, тихонько скатывающиеся сами по себе. Сделав пару очищающих вдохов, бегу по лестнице вниз к своей машине, стараясь в спешке не подвернуть ногу. Достаю из кармана мобильный, и на ходу набираю Кэвина.

– Кэвин? Ты звонил в скорую? Как мама?

– Кирс, ее забирают в больницу, - его голос дрожит, - я…я боюсь Кирс.

– Кэвин, не волнуйся, позвони бабушке, а я сейчас поеду в больницу.

– Хорошо, я всё сделаю. Только ты быстрее давай!

– Я уже возле машины. Всё будет хорошо, слышишь?! - я и сама не знаю, говорю ли я правду, ведь маме последнее время становилось только хуже. Но брат, несмотря на одолеваемый страх, сделал всё, как нужно. Ему ничего объяснять дважды не нужно. Он умный и рассудительный. Кэвину всего двенадцать, но он быстро повзрослел, когда родители расстались. Впрочем, мы оба стали взрослыми и самостоятельными после развода родителей.