Шрифт:
Иннокентий. А наследство какое?
Аркадий. Да какое там наследство… Избушка-норушка в лесу где-нибудь.
Вася. Свистит, гад. По глазам вижу.
Иннокентий (Васе). Без тебя знаю. Если денег нет, про наследство в телеграмме не пишут… (Давит пистолетом на висок Аркадию). Ну? Говори. Я ведь все равно дознаюсь, зачем тебе зря жизнь свою молодую губить?
Аркадий. Да честное слово… Что за насилие, давайте действовать гуманитарными методами…
Вася (Иннокентию). Дай-кось, я его. Гуманитарным методом. Черепушкой о батарею…
Тянет Аркадия к батарее.
Аркадий. Все-все-все! Дикие люди… Шуток не понимают. Миллионер он, дядя этот. Точнее был миллионером, пока не преставился.
Вася. Так я и думал.
Иннокентий (задумчиво). И на чем же он себе состояние сделал?
Аркадий. То ли сталь, то ли, наоборот, уголь… Не помню точно.
Иннокентий. Что же ты у меня деньги брал? Почему у дяди не попросил?
Аркадий. Да какой он мне дядя? Я его только в детстве видел… Один раз… Нет, я просил, конечно. Письмо написал. Поддержите, говорю, морально, дядя. Пришлите сто пятьдесят тысяч триста долларов.
Вася. А чего не круглое число?
Аркадий. А чтоб жалостней было. Знаешь, как в супермаркете пишут? Особая цена: 299 рублей. Очень это у них жалостно выходит, хоть в церковь не ходи.
Иннокентий. И что дядя? Разжалобился?
Аркадий. Даже не ответил.
Вася. А ты?
Аркадий. А я гордый. После этого – как отрезало. Никаких семейных чувств. Написал еще писем штук пять – и как отрезало. К тому же чего писать, если не отвечает? Какой он после этого дядя? Я плюю на такого дядю…
Иннокентий (думает, потом говорит раздельно). Значит, так, Аркаша… Придется тебе вступить с ним в контакт.
Аркадий (слегка напуган). С кем?
Иннокентий. С дядей, с кем еще!
Аркадий. Так он же того… умер.
Иннокентий (значительно). Дядя, может, и умер. Зато миллионы его живут…
Сцена 2
Гримерка провинциального театра. Катерина и Николай, театральный директор. Как это часто бывает у не очень юных уже актрис, возраст Катерины определить сложно. В руках у нее – чемоданчик, она собирает вещи.
Катерина. Все! С меня хватит! Ухожу!
Николай. Это невозможно. На текущий момент…
Катерина. На текущий момент это просто свинство. Я – звезда московских театров, я прима, я дива, наконец… А платят мне копейки. Езжу в плацкартном вагоне, живу в номере с тараканами…
Николай. Катя, побойся Бога! Во-первых, ты живешь не с тараканами, а с комиком Ильясовым.
Катерина. Одно другому не мешает. Кстати, кто тебе сказал про Ильясова?
Николай. Так он сам не скрывает.
Катерина (злится). Сволочь! Кобель! Мерзкий потаскун…
Николай. Вот тут не права. Он о тебе, между прочим, очень хорошего мнения. Несмотря на возраст.
Катерина (вскидываясь). На возраст? Что ты знаешь о моем возрасте?!
Николай. Да ничего я не знаю. Ты же в паспорте дату подтерла.
Катерина. Я подтерла?! Нет, это невыносимо. Я ухожу…
Николай. Куда ты уходишь? У нас еще три спектакля. Ты обязана играть. Я тебе тысячу долларов дал вперед.
Катерина. Крохобор! Жмот! Тысячи долларов ему жалко! На, забери свою тысячу долларов! Все забери, все, что есть…
Катерина вытаскивает из карманов и сумочки какие-то бумажки, календарики и прочую ерунду, швыряет ими в Николая.
Николай. Что ты мне бросаешь? Это не деньги!
Катерина. Скотина! Продажная шкура! Хочет ограбить бедную девушку! Денег ему подавай…