– Илоночка, ничего особенного, обычный кофе-брейк, максимум фуршет, - 'утешила' меня Мария Степановна, - да и для карьеры твоей не плохой опыт.

Вздохнула, взяла папку, в которой были собраны фотографии всех моих творений, начиная от пирожков, заканчивая эклерами, и отправилась в жуткое здание через дорогу от кулинарии. Почему жуткое? Да не любила я личное общение с заказчиками. Мне больше нравилось исполнять их желания так, на расстоянии, тихо и молча, спрятавшись на своей кухни. Но, судя по всему, Мария Степановна сама не может пойти на встречу, а больше вроде как некому.

– Илон, туфли не забудь, - услышала я, когда уже собиралась выйти из кулинарии.

– Бррр, - недовольно проворчала я.

Туфли я действительно забыла, в удобных кроссовках было как-то комфортнее. Пришлось еще удобные джинсы сменить на юбку. Обувшись, и став на десять сантиметров выше, потопала к заказчикам. В здании, расположившемся через дорогу от нас, я ни разу не была. Не было необходимости. И теперь я стояла в просторном холле и не очень понимала, куда именно идти.

– 'Вкусняшка'?
– раздался голос позади.

Обернулась. Женщина средних лет в строгом офисном костюме стояла на лестнице, и смотрела на меня.

– Да, кулинария 'Вкусняшка', - ответила я. Дама кивнула, протянула мне пластиковую карту, и кивнула на лифт.

– Четырнадцатый этаж, вот разовый пропуск, - пояснила действия дама.

От мысли о замкнутой тесной кабинке и моего в ней нахождения по спине пополз холодок страха. Ну, не люблю я лифты.

– А лестницы нет?
– поинтересовалась я.

– В туфлях? Уверенны?
– улыбнулась дама.

– Ааа... Да, - не очень уверенно ответила я.

– Как хотите, - пожала плечами дама и кивнула в сторону неприметной двери в десяти метрах от лифта.

– Не опоздайте, шеф не любит ждать, - напутствовала меня дама, и я торопливо двинулась в сторону лестницы.

– Мда, хорошо, что не двадцатый, - пропыхтела я, поднимаясь по лестнице. Туфли я давно сняла, и тащила их в руках. Наступать приходилось осторожно, чтобы и колготки не порвать.

Оказавшись на двенадцатом этаже, сделала привал. Даа, может в спортзал записаться? А то физическое состояние моего тельца оставляет желать лучшего.

Так, еще два пролетика и я на месте. Услышала, как сверху хлопнула дверь, и раздались мужские голоса.

– Что думаешь делать?
– спрашивал один.

– Не решил пока, - ответил второй, - но Спартака убирать надо.

– Уверен?
– как-то с опаской спросил первый.

– Есть другие предложения?
– последовал ответ.

Я замерла. Едрен-батон! Мамочки! Я сейчас чего только что услышала? Убирать? Спартака? Что за 'Спартак' и что значит убрать?

Я застыла, прижимаясь к стене. Боже мой! А если меня увидят? И меня тоже того?

Пока я прижималась к стене и прикидывалась панельками на стенах, дверь над головой хлопнула, и я поняла, что мужчины ушли.

Постояв секунду-другую, пошла наверх. Преодолев два пролета, осторожно открыла дверь с надписью '14'. Просунув голову, увидела, что дверь ведет в просторный холл. В углу стол, за которым сидела секретарша, и большие зеркальные двери, ведущие в офис.

Закрыла дверь за собой, привлекая внимание секретарши.

– 'Вкусняшка'?
– посмотрев на меня поверх очков, поинтересовалась секретарь.

Начало бесить, что меня вместо имени называют торговой маркой кулинарии.

– Да, - кивнула я.

– Вас уже ждут, - строго проговорила секретарь, - а Кузьма Владленович ждать не любит.