– Я ведь просила тебя приехать одну! Ну почему ты его привезла?

Алена растерялась, а Михаил вежливо, но твердо сказал:

– Извините, но я шеф охранного агентства. Алена – моя сотрудница, но принимаю решения все равно я.

– Решения? – истерически взвизгнула вдруг Зульфия. – Вы можете принять решение и избавить меня от трупа?

Алена на всякий случай сделала шаг назад и тревожно посмотрела на Михаила. Тот оставался невозмутимым.

– Не уверен, что это хорошая идея. Может, лучше вызвать врача?

– Нет! – Зульфия дернулась, как от удара током. – Не надо врача. Она мертва… мертва. Она просто не может быть жива!

– Понятно. – все так же невозмутимо продолжил Михаил. – И кто она?

– Ната… – донеслось сквозь рыдания. Михаил вопросительно взглянул на Алену, и та пояснила:

– Наверное, Наталья, девочка из подтанцовки.

– Она жила здесь? – деловито уточнил Чарновил, обращаясь в пространство между Аленой и Зульфией.

– Нет, в общежитии. – ответила Алена. – Она из Нижнего Тагила, и жила вместе с остальными иногородними девчонками.

Алена машинально отвечала на вопросы, а сама лихорадочно обдумывала ситуацию. Положение складывалось патовое. Похоже, певица зачем-то убила танцовщицу, и теперь предлагает им стать соучастниками. Конечно, самым разумным решением было бы позвонить в полицию, но… Весть о том, что охранное агентство «Аргус» сдает своих клиентов, разнесется по Москве в считанные дни. И все ВИП-персоны тут же откажутся от их услуг. Как хорошо, что Михаил поехал с ней! Он начальник, ему и принимать трудное решение.

Черновил тоже выглядел слегка растерянным. Тем не менее, он спросил уверенным тоном:

– Зульфия, вы в доме одна?

– Да-да, совсем одна. – с готовностью закивала она. Алене показалось, что она с облегчением перевела дыхание.

– Нам надо посмотреть на тело. Где оно?

– Т-там. – Она мотнула головой в сторону крутой деревянной лестницы, ведущей на второй этаж. Затем рыдания усилились, и стало ясно, что провожать их к трупу певица не собирается.

Михаил с Аленой, чуть поколебавшись, поднялись на второй этаж, огибающий лестницу, и оглядели узкий коридор с множеством закрытых дверей. Лишь одна была приоткрыта. Черновил первым подошел к ней, и, не касаясь створки, осторожно заглянул внутрь. Через пару секунд он отошел от двери и со странным выражением посмотрел на Алену.

– Точно труп? – спросила она.

– Еще какой… – Черновил напряженно думал о чем-то. – Алена, твоя певица буйнопомешанная. Ты у нее больше работать не будешь. И вывозить ЭТО мы тоже не станем. Весь вопрос вот в чем – звонить ли нам в полицию, или просто уехать?

– А что там? – оторопела Алена.

– Нервы крепкие? – она быстро закивала, и Михаил разрешил: – Тогда быстро загляни, только не притрагивайся ни к чему.

Она подошла поближе и заглянула в комнату. Пары минут хватило, чтобы понять – им в самом деле пора уезжать. Кровью было залито буквально все – паркетный пол, кремовый диванчик, подоконник, казалось, даже светлые обои покрыты кровавыми разводами. Девичье тело, распростертое на полу возле окна, было не просто изрезано – оно было располосовано, разрезано на ремни острым скальпелем. Сам инструмент валялся ближе к двери, в небольшом озерце свернувшейся крови. Пол, подоконник, даже стекло было словно измазано, изрисовано бурыми разводами. А за стеклом медленно кружились невесомые белые лепестки жасмина.

Алену слегка затошнило, но она взяла себя в руки и повернулась к шефу:

– Думаю, надо звонить в полицию. Если это сделала она, ее нельзя оставлять на свободе. Если кто-то другой, тем более опасно оставлять ее одну.

Остаток дня запомнился Алене, как плохая постановка в театре абсурда. Опербригада, «Скорая» и адвокат приехали одновременно. Пока певице делали укол успокоительного, эксперты орудовали на втором этаже, а потом сразу же начался интенсивный допрос. Полумертвая от стресса и лекарств, певица с трудом понимала вопросы, но сыщики не унимались, несмотря на протесты адвоката. Параллельно велись допросы соседей и охранника поселка. А через пару часов в особняк приехал молодой высокий брюнет с накачанным торсом и капризным лицом избалованного школьника. Оперативники вцепились в него, как клещи, но ничего ценного не узнали.

Картина вырисовывалась удручающая. Постоянной прислуги в доме Ротангу не было – большую часть времени певица проводила на гастролях, и вполне обходилась приходящей домработницей. Вместе с ней в особняке жил лишь юный любовник, 23-летний Артур Камышев. Певица подобрала мальчика пару лет назад во время гастролей где-то в Тьмутаракани, и с тех пор держала при себе, как комнатную собачку.

В воскресенье у Зульфии Ротангу был концерт, затем банкет со спонсорами, и домой она вернулась только под утро. Как всегда в таких случаях, приняла сильное снотворное и отправилась спать в отдельную спальню, велев Артуру не беспокоить ее до следующего вечера. Парень спал до полудня, затем, по его словам, решил поехать в кино на очередной ужастик про инопланетян. То, что он выехал на своем «Бентли» из поселка в 12.45, подтвердил охранник. А юноша показал операм билет в кино с оторванным контролем, и бодро рассказал содержание фильма.

В 13.20 к посту охраны подъехало такси, из которого вышла девушка из танцевальной группы «Рябинка» Наталья Турчина. Охранник знал всю подтанцовку в лицо, поэтому спокойно пропустил танцовщицу в поселок. Таски сразу уехало, и девушка бодро поцокала каблучками по мощеной дороге.

Певица, по ее словам, мирно спала, когда танцовщица вошла в особняк. Была ли заперта входная дверь, точно выяснить не удалось. Артуру казалось, что он поворачивал в двери ключ, но присягнуть в этом он бы не мог. С очаровательной мальчишеской улыбкой он сказал, что частенько забывал запереть за собой дверь: «Тут такая охрана, что чужой все равно не пройдет».