Волшебник в маске поднял на Тацую левую руку. Будто печать, предчувствие вызова магии в мгновение уже было на её кончиках пальцев.

Однако это предчувствие исчезло, когда мир был перезаписан.

Золотые глаза были сильно потрясены.

Три раза она пыталась активировать разную магию, и три раза она была уничтожена.

Все услышали «Ах». Тем, кто это сказал, был Микихико, и не было необходимости указывать на причину.

Вампир убегал.

Скрытый под защитным стеклом шлема, взгляд Тацуи отошел от волшебника в маске.

Лишь на самый краткий миг.

Волшебник в маске не собирался позволять этому мгновению пройти.

Следующая техника не была магией.

Даже если он не смотрел в ту сторону, пока это магия, ничего не избежит «зрения» Тацуи.

Другими словами, волшебник в маске также заметила эту деталь.

Покачивающейся правой рукой, которая держала направленный вниз пистолет, она выстрелила пулю.

Возле её ног, куда был нацелен пистолет, полетели искры и сразу же превратились в сверкание.

Глухой звук выстрелов раздался пять раз, пока волшебник в маске полностью не скрылся в сверкании.

Тацуя направил магию на тело волшебника в маске.

Он прицелился в её ноги и попытался использовать Магию Разложения — по крайней мере, таков был план.

Информационное тело, которое должно было изображать реальную физическую форму, содержало поверхностные данные без какого-либо реального содержимого.

Хотя были записи цвета и внешнего вида, не было связанной информации по массе, физической конструкции или химического состава.

Тацуя приостановил магию и опустил руку.

После того, как с парка исчезло сверкание, следов волшебника в маске и вампира не осталось.

— Вы двое в порядке?

Отказавшись от преследования, Тацуя слез с мотоцикла и снял шлем, прежде чем спросить остальных о ситуации.

Микихико, похоже, не получил никаких физических повреждений.

Эрика, с другой стороны...

— ...Меня немного смущают эти взгляды.

— Ах, извини.

Тацуя последовал примеру Микихико, который, краснея, отвернулся.

Не то чтобы было много обнаженной плоти. Защитное нижнее белье, похоже, не пострадало. Просто по всей одежде и возле груди были порезы и разрывы, намекающие на её формы.

Как в чрезмерно возбужденной рок-группе на сцене.

Это само по себе вряд ли могло считаться непристойным, так как это было сравнимо с ношением купальника на пляже или во время плавания, но носить это на улице, вероятно, будет немного неловко.

— ...Эй, не одолжите мне пальто или ещё что-нибудь?

«Время, чтобы показать свою заботливую сторону», — будто услышав, как кто-то это сказал, Микихико отчаянно снял короткую куртку и накинул её на плечи Эрики (под пальто у Тацуи была наплечная кобура, поэтому он не мог этого сделать).

— Спасибо, теперь я в порядке.

Она не была в обнаженном виде, она не была даже в полуобнаженном виде. «Слишком преувеличено» — такими были нескрываемые чувства Тацуи, но, возможно, это было другое чувство эстетики. В конце концов, так было намного лучше, чем вести себя совсем нагло или без стыда.

— Эрика, ты ранена?

По тому, что он увидел, она выглядела нормальной, но он всё же хотел в этом убедиться.

— К счастью, я ношу под-броню. В противном случае у меня были бы серьезные проблемы.

Фраза «под-броня» была определенно устаревшей, хотя Тацуя не был уверен было ли то, что он знал, что «под-броней» называют кое-что другое, благословлением или проклятьем. Так называли не тяжелые принадлежности, носимые под броней и служащие защитой от ударов и рваных ран, «под-броня», о которой говорила Эрика, — это комплект белья из синтетического каучука, обладающего множеством качеств, вроде пуленепробиваемости и защиты от рубящих ударов. В отличие от тяжелого кевлара, в ней были преимущества, такие как минимальные ограничения движений, а также незаметность даже под обычной одеждой. С другой стороны, строго с точки зрения материала, облегающий дизайн не был популярен среди тех, которые желали скрыть свои физические особенности. Как правило, это не будет проблемой, если сверху будет другая одежда, но в этот раз костюм обладал опасностью для любых сопровождающих глаз, а не тому человеку, кто в него одет.

— Похоже, с порывом был смешан Камайтати.

— Думаю, ты прав. Серьезно... Эта проклятая маска. Она заплатит за мою одежду, когда мы в следующий раз встретимся.

— Но ведь ты причинила ей сильную боль в ключице.

— Это — это. То — то.

Как и сказал Тацуя, Эрика не только приняла удар, в ответ она сумела нанести свой собственный удар. Хотя удар был небольшим, клинок Эрики определенно попал по правому плечу волшебника в маске прежде, чем её сдуло порывом ветра.

Даже если Тацуя лично не был бы свидетелем случившегося, он всё равно сделал бы точный вывод на основании внешности волшебника в маске, а также степени ущерба, нанесенного одежде Эрики.