'Боже всемогущий, власть твоя над землей и над небом. Тебе вручаем мы судьбы свои. Пусть обратная дорога тоже окажется скучной. Пусть все мои товарищи невредимыми вернуться назад, дабы они могли совершить новые подвиги во славу твою', - безмолвно взмолилась Эльвира.
– 'Но если ты желаешь послать на мою долю испытания, то я продолжу готовится к худшему и не дам застать себя врасплох'.

Сзади послышались шаги. Эльвира оглянулась на звук, и увидела зеленоглазую аристократку, которая неторопливо шла по берегу, заложив руки за спину.

– Отдыхаете, капитан?
– осведомилась она, подойдя ближе.

– Можно и так сказать, госпожа, - Эльвира поднялась на ноги. Движение отозвалось болью в только начавшей заживать голени. Девушка поморщилась, и чтобы скрыть минутную слабость, похлопала рукой по борту пиназы. Лодку вытащили на песчаный пляж.

– Знаете, я начинаю понимать, почему моряки так привязываются к своим судам. Не прошло и десяти дней, а в моей душе уже зародилась симпатия к нашей 'Заре'.

– Я бы не отнесла эта замечание к веслам, равно как и к ее весу. Раскормленная она у нас барышня, - фехтовальщица хитро улыбнулась.
– Впрочем, я совсем не за этим вас выискиваю. Клементина и Мария провозились все утро, и приготовили шикарный обед. Во всяком случае, так они говорят - обещают трапезу не хуже, чем при дворе у вице-короля, хотя уж не знаю, что можно выдумать с нашим маисом. Сейчас все готово, но без капитана экспедиции начинать было бы совершенно непростительно!

– Да, кажется сестра говорила нечто подобное утром. Но мне так хотелось спать, что я совершенно об этом забыла, - отвечала Эльвира.
– Меня удивляет, что вы именно вы отправились меня позвать.

– Там Клементина раскомандовалась, - хмыкнула зеленоглазая, - говорит, либо режь перец, либо иди искать капитана. А я эти стручки впервые в жизни вижу.

Эльвира не могла не заметить, как потеплел голос фехтовальщицы, когда та заговорила о Клементине. Это было удивительно, и расскажи кто-нибудь перед отплытием, что кастиза и аристократка так сблизятся, наша героиня ни за что бы не поверила в эти байки.

– Ну что же, если дело только за мной, то пойдемте.

На этот раз лагерь конкистадорок занял на небольшую поляну в сотне шагов от берега. Клементина сказала, что скорее всего тут когда-то стояла деревня, и действительно, из земли виднелись остатки сгнивших свай и опаленные камни, из которых складывали очаги. Джунгли еще не успели поглотить это место.

Когда опоздавшие приглашенные подошли к тлеющему костру, Доминик как раз увлеченно рассказывала Анжелике какую-то историю из своей жизни. Иоаннитка слушала со страдающим выражением на лице, всем своим видом демонстрируя христианское смирение. Клементина раскапывала палочкой угли, а младшая сестра сидела рядом, с интересом наблюдая за действом.

Кастиза подняла голову:

– Вот и капитан, - палочка сгребла в сторону жар от костра, и на свет появились два свертка из крупных листьев, облепленные серым пеплом.
– Мария, давай сюда тласкали.

– Ага!
– младшая протянула миску, внутри которой истекали паром несколько десятков кукурузных лепешек.

– Мы подумали, что вяленое мясо у всех уже стоит колом в горле. Так что Клементина наловила с утра немного рыбы.

– Много болтаешь, Мария, - прервала ее кастиза.

Она чуть улыбнулась, разворачивая потемневшие листья. Внутри оказались мелко порубленные кусочки рыбы. Клементина быстрыми движениями заворачивала печеную рыбу в лепешки и выкладывала на оловянную тарелку. Запах свежей еды разнесся над лагерем. В животе у Эльвиры заурчало. 'Как она сказала - 'Вяленое мясо колом стоит'? Очень верное замечание.' Старшая поспешила устроиться поближе к костру, и уселась на бревно рядом с иоанниткой.

– Уж не знаю, как на вкус то, что вы приготовили, но пахнет божественно.

– Мы называем эти лепешки тако, - отвечала Клементина, - они немного острые, так что пробуйте осторожно.

– Меня несколько беспокоит, когда кастиза говорит 'немного острые'. Клянусь честью, местная кухня на вкус похожа на угли с толченым стеклом, - усмехнулась фехтовальщица.

Эльвира осторожно взяла одну из свернутых лепешек, подула на нее и откусила кусочек. Как и обещала Клементина, она почувствовала острый перец, но ровно в той пропорции, чтобы придать блюду необходимую пикантность, а не сжечь горло непривычному едоку. Эльвира улыбнулась и одобрительно кивнула кастизе головой. Впрочем, весь отряд уже в восторгом поглощал тако, даже Анжелика решила видимо, что она может есть это блюдо, несмотря на то, что его изобрели поганые солнцепоклонники.

Девушки и глазом не успели моргнуть, как блюдо опустело. Еды хвалило ровно для того, чтобы утолить голод и при этом не ударяться в обжорство. Над лагерем воцарилась тишина, насколько это вообще возможно для чащи леса, намекая на добрую традицию о послеобеденном отдыхе.

– Сколько лиг отсюда до Сан-Фелиппе? Примерно пятнадцать, не так ли?
– лениво спросила фехтовальщица, ковыряя землю палочкой.

– Верно. Если карта не врет, а у меня нет оснований полагать, что она врет, вчера на последнем повороте реки была пятнадцатая лига, - ответила Эльвира.

– Поразительно. В Испании нынче и не сыскать настолько глухое место, если они вообще остались. А тут - всего-то пятнадцать лиг, и нет ни людей, ни даже местных нехристей, - после обеда аристократку потянуло на отвлеченные рассуждения.

– Правда ваша. Похоже, что угроза со стороны местных племен на проверку оказалась преувеличенной, - согласилась Эльвира.
– Несомненно, это большая удача. Видно, Господу угодно, чтобы мы добрались до цели без помех.

– Гибель десятка-другого из числа этих нехристей порадовала бы Господа куда больше. Уверена, что джунгли кишат ими.
– Мрачно отозвалась иоаннитка.