– Но это ведь ногти, - начала Тиффани и осеклась. В конце концов, может быть, кто-то типа старого мистера Нимлета был бы даже рад узнать, что какая-то часть его все еще готова к бою, пусть даже он сам не может подняться из кресла без посторонней помощи.

Кельда отозвала ее в сторону.

– Ну, карга, - сказала она, - твое имя в этой земле. Она говорит с тобой, Тир-Фа-Фойнн, Земля-под-волной. Ты ведь говоришь с ней?

– Да,- сказала Тиффани.
– Изредка. Хотя, я слышу ее, Дженни

– Не каждый день?

– Не каждый день. Столько хлопот, знаешь ли...

– То мне ведомо, - сказала кельда.
– Ты знаешь, я приглядываю я за тобой. Мои мысли следуют за тобой, когда ты проносишься над моей головой. И ты должна помнить, что долго была мертва.

Тиффани устало вздохнула. Хождение по домам - вот основное занятие сочувствующей ведьмы, то, что ведьмы делали, чтобы заполнить пробелы в мире и управиться с вещами, которые кто-то должен сделать: заготовка дров для старушек, готовка тушеного мяса к обеду, травяные сборы для больных ног, сбор в корзину "лишних" яиц и поношенной одежды для новорожденного в небогатом доме, и выслушивание, да, выслушивание людских жалоб и забот. И ногти... Эти ногти, твердые, как кремень, которые скручиваются внутри сапог у стариков без семьи и друзей.

Но наградой за усердный труд становилось еще большее количество работы. Кто выкапывает самые глубокие ямы, тому и достается самая большая лопата.

– Сегодня, Дженни, - промолвила Тиффани, - я слушала землю Она велела мне идти к кругу...?
– вопрос повис в воздухе.

– Кельда вздохнула.

– Я еще не вижу этого ясно, но что-то не в порядке, Тиффани, - сказала она.
– Завеса между нашими мирами сейчас такая тонкая, и ее очень легко прорвать. Пока стоят камни, врата открыты, и Королева Эльфов стала сильнее с тех пор, как ты прогнала ее в прошлый раз. Она спешит проскользнуть мимо тебя, но... Я все еще боюсь. Это похоже на туман, который застилает наш путь.

Тиффани закусила губу. Если кельда беспокоится, значит, и ей следовало бы.

– Не мучь себя, - мягко проговорила кельда, пристально поглядев на Тиффани - Если тебе понадобятся Фиглы, мы придем. И с этого момента мы глаз с тебя спускать не будем.
– Она откусила последний кусочек бутерброда и, наградив Тиффани особого рода взглядом, сменила тему.
– Этот молодой человек - Престон... Я думаю, тебе надо обратиться к нему. Вы часто с ним видитесь?
– ее взгляд внезапно стал острым, как лезвие топора.

– Ну, - сказала Тиффани, - он много работает, как и я. Он в больнице, а я на Мелу.
– Она с ужасом обнаружила, что неудержимо покрывается тем видом румянца, который начинается с кончиков пальцев и продвигается к лицу, пока ты не начинаешь багровать, как помидор. Она не имела право краснеть, как наивная сельская девушка перед своим кавалером! Она ведьма!

– Мы пишем друг другу, - добавила она слабым голосом.

– Письма? И это все?

Тиффани сглотнула. Она когда-то думала - все думали, - что у них с Престоном существует Договоренность. Он был образованным юношей, пройдя новую школу в сарае на ферме Болитов, пока не почувствовал себя готовым отправиться в город учиться на врача. Теперь все думали, что между ними существует Договоренность, включая Тиффани и Престона. Кроме... она обязана делать то, чего от нее ждут?

– Он очень милый, остроумный и хорошо обращается со словами, - попыталась объяснить она, - но... Мы любим свою работу. На самом деле, мы и есть наша работа. Престон усердно работает в Благотворительном Госпитале Леди Сибиллы. А я не могу перестать думать о бабуле Болит и о том, как она любила свою жизнь и эти холмы, только она, овцы и две собаки, Гром и Молния, и...
– она умолкла.

Дженни положила маленькую, орехово-коричневую руку ей на плечо.

– Думаешь, это вся твоя жизнь, девочка?
– спросила она.

– Ну, мне нравится то, что я делаю, и это помогает людям.

– Но кто поможет тебе? Твоя метла летает повсюду так быстро, что, того и гляди, загорится. Надо позаботиться обо всех - но кто позаботится о тебе? Если Престон далеко, что ж, остаются барон и его новая жена. Они, конечно, заботятся о своих людях. А заботы достаточно для помощи.

– Они заботятся, - ответила Тиффани, с содроганием вспомнив, как все думали, что между ней и Роландом - теперь бароном - также существует Договоренность. Почему они так жаждут подыскать ей мужа? Неужели мужа так трудно найти, если ей вдруг это понадобится?

– Роланд порядочный человек, хотя и не настолько, как теперь его отец. И Летиция...

Летиция, подумала она. Они обе знали, что Летиция может колдовать, просто пока что играет роль молодой баронессы. И она была в этом хороша - так хороша, что Тиффани невольно задумывалась, возобладает ли желание Быть Баронессой над желанием Быть Ведьмой. Конечно, это доставило бы гораздо меньше неприятностей.

– Ты уже столько сделала для людей, что они в долгу перед тобой, - продолжала Дженни.