– Все прошло без осложнений?
– герцогиня присела в кресло из эбенового дерева и показала мне на второе, напротив себя.
– Присаживайтесь и рассказывайте.

– Даже не знаю, как благодарить вас, ваше высочество, за помощь. Все устроилось как нельзя лучше.

Герцогиня кивнула и сама разлила шербет по бокалам из червленого золота.

– Жан...
– она в первый раз за все время назвала меня по имени.

– Ваше высочество?
– честно говоря, я оказался немного обескуражен. И не только, столь вопиющей фамильярностью, абсолютно не присущей герцогине, сколько улыбкой Мергерит. За время нашего общения, такого еще не случалось ни разу. Нет, она, конечно, улыбалась, но улыбка всегда была лишь мимолетной и едва заметной тенью на лице.

– Мегг...
– спокойно заявила герцогиня не переставая улыбаться.
– Когда мы наедине, я желаю, чтобы вы меня называли Мегг... можно Мегги...

– Ваши желания для меня закон Мегг...
– я сделал легкую паузу и повторил имя: - Мегги...

– Закон?
– с легким сомнением переспросила Мергерит и отпила из бокала.
– С какой это стати? Впрочем, насколько мне доносят придворные дамы, вы известный льстец, так что неудивительно.

– Я дал вам повод сомневаться в моей преданности?
– с показной обидой поинтересовался я.

И насторожился. Нет, подобного потепления отношения я ожидал уже давно, но пока остается непонятным, к чему ведет свою партию герцогиня. Она чертовски умна, значит это все неспроста.

– Нет! Я никогда не сомневалась в вас, Жан!
– с чувством заявила герцогиня.
– Но для меня вы всегда оставались загадкой. И ваше отношение ко мне... тоже...
– неожиданно выпалила она и даже опустила на лицо вуальку в желании скрыть смущение.

Мгновенно оценить последствия от разных вариантов ответа у меня не получилось, поэтому отключил мозги и отдался эмоциям. Была, не была...

– Мегг... когда я рядом с вами, мне хочется заколоть себя...
– я слетел с кресла и стал на колено пред Мергерит.
– Потому что муки испытываемые мной, воистину непереносимы...

Громко звякнул бокал, выпав из руки герцогини.

– Ибо я долго был вынужден скрывать свои чувства...
– продолжил я и осторожно завладел ручкой Мергерит.
– И даже сейчас, я не уверен в том, что могу раскрыть их пред вами...

– Говорите!
– почти выкрикнула она судорожно сжав мою ладонь.

– Этим чувствам - имя любовь!
– тихо и печально завершил я монолог и слегка прикоснулся губами к холодному как лед запястью герцогини.

Мергерит тихо вскрикнула, вырвала руку и испуганно откинулась на спинку кресла. Ее грудь стиснутая черным муаром корсета судорожно вздымалась, на лице мгновенно пронеслась целая гамма чувств, одним из которых было искреннее недоумение. И восторг...

– Жан...
– после недолгого молчания, хрипловатым голосом прошептала Мергерит.
– После смерти мужа вы мне стали надежной опорой и настоящим другом. А сейчас...
– она слегка запнулась.
– Сейчас...

– Моя госпожа...

– Нет! Молчите...
– герцогиня пылко остановила меня.
– Я... я догадывалась... я знала, но не могла ответить вашим чувствам...
– подрагивающей рукой она провела по моей щеке и сразу отдернула ее назад.

Отдернула, потому что в дверь будуара легонько постучали, а потом голосом статс-дамы сообщили, что в резиденцию прибыл с визитом кардинал де Бургонь.

Глаза Мергерит полыхнули огнем, мне даже показалось, что она сейчас прикажет казнить статс-даму вместе с кардиналом заодно, но ее голос прозвучал спокойно.

– Проводите его высокопреосвященство ко мне в кабинет, - приказала она Анне, а потом обернувшись ко мне и виноватой улыбкой попросила: - Жан, вы присоединитесь к нам за ужином, а пока я вынуждена оставить вас. Вам приготовили покои подле моих, пожалуйста, проинспектируйте их...

– Мегг...
– я сделав шаг вперед взял ее руки в свои и по очереди поцеловал.
– Я же говорил, ваши желания для мен закон...

Герцогиня вздрогнула, даже показалось, что сейчас бросится мне на шею, но она сдержалась и почти бегом выскочила из будуара.

– M-da...
– буркнул я на великом и могучем, оставшись один.
– Sovsem deffka zastojalasja. Neladno...

Но развить тему не получилось, в будуар наведался майордом и с поклоном предложил осмотреть покои, отведенные для кавалера, гранд-камергера, барона и просто хорошего человека Жана ван Гуттена. Шучу... про хорошего человека он не упоминал, не по этикету, но усердием и почтительностью просто светился. Сверх меры. Неужто уже в фавориты записали? Это зря любезные, хотя, черт возьми, Маргаритка на чудо хороша и волнует меня нешуточно. Даже не упомню, кто меня так за сердце брал. Разве что принцесса Мадлен Французская, регентша Наварры, родная сестрица самого Паука, черт бы его побрал? Хотя нет, тогда я еще не очень разбирался в средневековых дамочках и просто хотел побыстрей опробовать, как себя ведут принцессы крови в постели. К тому же, сия интрижка ничем хорошим не закончилась, кроме как дыркой в моем бедре от удара даги* ревнивого соперника и побегом в чемодане. Но об этом я уже рассказывал.