Поэтому нас было мало — смерть естесственным образом отсеяла слабых.

Тишина наполнила помещение при моем появлении и взгляды обернулись ко мне. Все сидячие места были заняты. Многие стояли, образуя разорванный полукруг у трона главной Госпожи Смерти.

По периметру зала горели факелы на каменных стенах, разнося запах смолы. «Вот оно, адское пламя, в котором я буду гореть вечно!», — пронеслось в моих мыслях и я решительно ступила через порог.

В коротком приветствии я склонила голову, так что волосы упали мне на лицо, и подошла к трону.

— Завтра ты едешь в Лондон, — Клементина отрывисто бросила мне. Ее голос прозвенел сталью среди притихшей толпы и гулким эхом отозвался от каменных стен. Приказы главы клана не обсуждаются, но я была исключением. В большей степени — везунчиком, так как ни один вампир еще не воспротивился моему зову, не обнаружил кто я и не ушел живым.

— Очевидно, Вы забыли принять во внимание мое мнение на этот счет, госпожа, — я злилась, так как не все дела были еще завершены здесь, в Праге.

— Лондонскому гилду требуется помощь. Здесь у нас найдется тебе замена, не равноценная, конечно. Но там твоя работа будет неоценимой, — вступила первая помощница, Элишка.

— Я не закончила свои дела тут! — я сжала кулаки и прямо посмотрела в непроницаемые глаза Главы Клана.

Она улыбнулась одними уголками бледных губ:

— За свою долгую жизнь я отдала слишком много крови на наше общее дело, и я не потерплю неповиновения, даже от лучших! — в ее голосе слышалась вековая сталь. Ей не нужно было применять ментальные приемы для особо ретивых, все уже давно знали, что стоит боятся тихой Госпожи сильнне, чем десяток разъяренных вампиров. Она была основным источником силы клана. О да, она пила человеческую кровь и преобразовывала ее в холодный и черный яд для наших вен. Ей одной во всем клане хватало силы и мощи для этого, она была лучшей среди лучших, эта древняя жрица Клементина Леал.

Визг мотоцикла раздался под моим окном и тут же сменился ревом незаглушенного мотора. Я накрылась одеялом с головой, но взгляд опрометчиво метнулся к наручным часам. Час ночи?! Какого..? На улице уже давным–давно темно, нормальные люди спят. «Нормальные?» — я невольно ухмыльнулась, не открывая сонных глаз. Нормальные, возможно и спят, но я к ним определенно не отношусь.

«Да что за наглость» — я начала закипать, так как шум все еще проникал сквозь плотно закрытое окно. Я вскочила с дивана, на котором обычно спала, разметав одеяло по полу. Путаясь в ночной рубашке я проковыляла к окну и слегка подвинула занавеску. Со второго этажа отчетливо был виден блестящий спортивный мотоцикл. Черный, с красной молнией на баке, он ревел под своим наездником. Я подняла глаза выше и застала момент, когда мотоциклист, завернутый в кожаный костюм, начал снимать шлем. На миг мое дыхание остановилось, захваченное неожиданной красотой незнакомого мужчины. Из–под шлема показались белокурые волосы, которыми он тут же встряхнул и они разметались по черной коже его куртки.

Его мужественное лицо сияло приветливой улыбкой, а губы обнажили ряд жемчужных зубов.

— Джерард, я сейчас спущусь! — послышался медовый голос с верху. Я закатила глаза — понятно… Эта девица снова подцепила парня и собирается кутить всю ночь. Хорошо, что не в доме, а то соседи опять головой о стены биться будут в бессильной ярости.

Я снова вернулась к разглядыванию из своего укрытия, пытаясь не дергать занавеску. «Он довольно привлекательный», скептично думала я, пытаясь убедить себя, что он мне не так уж и по–вкусу. «Лицо молодое — лет двадцати пяти, не больше. Мускулистое телосложение, рост пока не определить. Хм, а вот теперь определить… — почти метр восемдесят», он встал со своего жезного коня и, расстегнув куртку, прижал к себе в жарком объятии выбежавшую из подъезда Элис. «И что в ней все находят?» — поморщилась я, разглядывая идеальные ноги в мини–юбке и длинные белые волосы.

Парень протянул ей второй шлем, бережно хранимый на пассажирском сидении и она, неловко приспособив его на свою замысловатую прическу, забралась на эту машину–для–самоубийств, цепляясь каблуками за подножки. Джерард сел, перекинув ногу спереди и ловко натянул шлем. Он напоследок покрутил ручку так, что мотоцикл издал победный рык, и тронулся с места, встав на заднее колесо прежде, что умчаться прочь.

Я с легкой грустью осмотрела оставшиеся на асфальте следы. «Везет же некоторым», подумалось мне. Н-да, каждому свое: длинноногим блондинкам — горячие красавцы, а хладнокровным убийцам — мертвые кровососы. Хотя, тут дело вовсе не во внешности, а в образе жизни и «любимом» занятии по жизни.

Я постаралась отбросить все лишние мысли об увиденном вместе с занавеской и отошла, обуваясь, с намерением заварить себе чай. Ноги замерзли, ведь все это время я простояла босиком. Странно, да? Я все еще могу мерзнуть, несмотря на холодную кровь в своем теле. Только почему мне кажется, что перед отъездом он посмотрел на мое окно?

Утро было ужасным. Впрочем, как и каждое утро моей новой жизни — я наперед знала, что вечером превращусь в смертоносное чудовище. Меня не успокаивала мысль, что одним плохим парнем, возможно, в этот вечер станет меньше.

В просторном офисе было полно народу, как и полагается солидной лондонской газетной редакции. Моя роль здесь была незначительной, обычная секретарская должность. Зато шеф не давил на меня «ответственностью» занимаемой должности и после работы я могла заниматься своими делами. В кабинет вошла Айрин, вторая секретарша, в своем изящном бежевом костюме. На самом деле ее звали Ирина, и она была русской, но для удобства немного изменила свое имя. Кажется, это сейчас в моде.

— Утречко, Джейн! Как спать? — она обратилась ко мне по новому имени, на ходу снимая модную шляпку. Ее английский язык немного хромал, однако словарный запас был довольно большим. Я даже иногда слышала выражения, которые приличная леди не должна употреблять вне постели своего любовника.