Нет, ещё пару штрихов. Стой пока. Неужели тебе не нравится ощущать босыми ногами мягкую травушку-муравушку?

Я разорвал надвое тот кусок платья, который был у меня в руках.

А это зачем?

Много вопросов. Пора уже начать соображать. Сядь на это дерево и выставь мне ногу.

Обмотав ей стопы по типу портянок для устойчивости, я надел на неё спортивный вариант модельных туфелек.

Так, теперь они будут сидеть плотно и щиколотка никуда не подвернётся. Хорошо, что твоя обувь больше похожа на полусапожки. Ты в них как амазонка. Спортвариант…

Пройдя пару сотен метров и преодолев несколько старых упавших деревьев, я всё-таки задал ей вопрос, который крутился у меня на языке:

София, скажи, неужели ты и правда хотела идти в лес в том виде, который у тебя был?

Прочитав на моем лице неосторожный флюид как явный намёк на её глупость, она нашла достойный ответ:

Слушай, а неужели ты не мог взять у бабы Зины какие-нибудь штаны?

Моя улыбка напоминала оскал, как после пощёчины, а её оголённые клыки были острыми, как и её язык.

Нет, такие божественные ноги нельзя прятать от моих глаз в штаны! Тем более в те штаны, что есть у бабы Зины!

Секунду помолчав, я добавил:

– Если честно, я не мог отказать себе в желании увидеть твои ноги…

Ах, ты! Да ты и впрямь маньяк! Стой!

Смеясь, она бросилась за мной. Игриво убегая и догоняя друг друга, искренне радуясь, мы зашли вглубь леса. Внезапно София остановилась и замолчала. Её взор был устремлен вдаль. В её глазах было божественное удивление окружающим спокойствием. Я медленно подошёл к ней и мне стало понятно, отчего она так переменилась.

Знаешь, Уратмир, это чудесно!

А почему шёпотом?

Ты слышишь, как тут тихо? Это восхитительно! Здешнее спокойствие имеет странный привкус. Я пока что не могу понять его. Удивительно здесь можно расслышать биение сердца!

Она рефлекторно приложила свою руку к моей груди.

Мне кажется, что всё вокруг происходящее это есть чья-то тайна!

Почему тайна, София?

Наших голосов практически не было слышно. Все звуки поглощала тишина.

Ты привёл меня в сказку. Я не могла себе представить, что в мире ещё существует волшебство. Последнее чудо, в которое я верила, умерло вместе с развеянным мифом про Деда Мороза.

Улыбнувшись, я ответил:

Да, мне тоже это знакомо…

Сам посуди, только волшебство могло привести нас сюда. Ведь три часа назад мы даже не знали о существовании друг друга. Как «великие уста жизни», рассказывающие наши судьбы, могли заговорить друг с другом? А сейчас я иду за тобой в самую неведомую глубину густого леса и, как ни странно, мне совсем не страшно. Здесь, с тобой, я чувствую себя как никогда спокойно. У меня такое чувство, что тут вообще нет времени. О нём нам напоминает только беспокойная кукушка.

Я знаю, чья это тайна, София!

Я тоже. Она наша. Мы, два взрослых человека, обнявшись и не думая о завтрашнем дне, с абсолютно разными судьбами, жизнями, стоим здесь, в этом бегущем мире, без гудков, стопов и светофоров, где ни при каких условиях не могли оказаться.

Да, София, это чудесно! Но нам надо идти, уже темнеет, а нам ещё минут двадцать плестись.

А ты говорил: «долго идти»…

Я еще говорил, что время тут идёт за временем ощущения. Не зная, я не веду за собой незнающего. Так и время не берет своих попутчиков, которые не знают его ценность.

Этого ты не говорил.

Говорил, но не тебе.

Что?! Так-так, значит это хорошо продуманный маршрут по завоеванию девушек? Сколько раз в неделю ты тут занимаешься романтическими экскурсиями и давишь на жалость? А-ну, иди сюда, здесь тебя никто не найдёт!

Ммм, милая, да ты уже ревнуешь?

Так же смеясь, и уже довольно быстро, не замечая расстояния остававшегося пути, мы добежали до заветного места.

Ну, всё-всё! Я пошутил! Что ты? Вон, смотри!

Там лес заканчивается. Я думала он больше…

Конечно, нет! Тут начинается крутой склон, глубокий перепад, там дальше обрыв.

Ну, и куда нам теперь?

Пойдём, и я потащил её за собой.

До места оставались считанные метры. Я не меньше Софии очень хотел увидеть заветный уголок. Мой пульс учащался с каждым шагом. И вот показался крутой и очень узкий спуск, полностью заросший бузиной. Он встретил меня несколькими ударами по лицу ветками кустарника. Прикрывая собой Софию, я пробрался к месту. Увиденное потрясло нас. Моему счастью не было предела здесь всё осталось таким же, как раньше.