— Так. — Неожиданно для меня кивнул Несдинич. — Но заплатить за накопители я не могу. Увы, юноша.

— Но почему?! — Мой голос чуть не сорвался на фальцет и я смутился.

— Потому что в отличие от прошлого раза, я не смогу отчитаться за эти суммы. Тогда, вариант выкупа находки был предусмотрен одним из планов, сейчас, никакие траты не предполагались вообще. — Ровным тоном, словно объясняя прописные истины, ответил Несдинич. Я шумно втянул носом воздух.

— Понятно. Значит, по блестяшке на грудь и идите лесом, да? — Нахмурившись, подвожу итог. Контр — адмирал поморщился.

— Кирилл, я нисколько не умаляю ваших с Хельгой Мироновной заслуг, и благодарен за вам за сделанное, но прошу не высказываться в подобном тоне о наградах.

— Простите. — Я притормозил, понимая, что несколько перегнул палку. — Но поймите и нас. Медаль, орден — это почётно и уважаемо… на груди солдата или офицера. Да и на кителе штатского штурмана, награда будет смотреться внушительно… но на робе юнца она не вызовет ничего кроме недоумения, тем более, что объяснить за какие заслуги эта награда получена, я не смогу, не так ли? И получится точно как с моим знаком пилота. Вроде он есть, а носить его без риска получить по морде, не выйдет.

— Вот как… — Несдинич бросил короткий взгляд на старательно отводящую глаза Хельгу. — Положим, с этой точки зрения я ситуацию не рассматривал, и… не могу не признать, что доля истины в твоих словах имеется. Хельга Мироновна, а вы согласны со словами Кирилла?

— Я? — Хельга замялась… Её можно понять, орден мог бы стать зримым подтверждением её успешности в глазах окружающих. Я тяжело вздохнул, понимая, что решать за неё не могу, и… смирился. Но дочь Завидича меня удивила. Она тряхнула головой и неожиданно резко кивнула. — Да. Братец прав.

— Что ж. Может быть, у вас есть идеи, как мы можем решить эту задачу? — Несдинич откинулся на высокую спинку кресла и, сплетя пальцы рук перед собой, застыл, ожидая нашей реакции.

Хм… если господин инженер — контр — адмирал думает, что мы сейчас будем судорожно что-то придумывать, то он сильно ошибается. Не зря же вчера целый вечер потратили на обсуждение? И пусть Хельга не казалась особо довольной возможностью такого поворота, это не помешало ей прикинуть возможные альтернативы.

— Право проживания в Китежграде для моей семьи. — Выдала сестрица… и Несдинич крякнул от неожиданности. Но после недолгого размышления согласно кивнул.

— Это вполне возможно. А ты, Кирилл?

— Лёгкость, с которой вы, Матвей Савватеевич, согласились с предложением Хельги, вселяет в меня надежду… — Протянул я, и в глазах Несдинича мелькнуло любопытство. — Я бы хотел получить возможность заказать постройку небольшого дирижабля — трёхсотки на верфях пользующихся доверием вашего ведомства. В закрытом эллинге с ограниченным доступом.

— Вот как? — Контр — адмирал помолчал, явно что-то обдумывая, и неожиданно усмехнулся. — Полагаю, это будет необычный дирижабль, не так ли?

— В чём-то, несомненно. — Я кивнул. — Но дело не столько в моих инженерных находках, хотя они есть, сколько в моём же возрасте. Если я заявлюсь на верфь с собственным проектом, со мной и разговаривать не станут…

— Понимаю. Что ж, это в моих силах. — Не стал возражать Несдинич. — Но ты уверен в затее?

— Я работал над ней два с лишним года. — Пожал я плечами. — Да и большая часть моих нововведений касается не столько конструкции дирижабля, хотя там и есть некоторые нюансы, сколько рунники.

— И ты, разумеется, хотел бы, чтобы эти «нововведения» не были растиражированы. — Понимающе усмехнулся Несдинич.

— Не совсем. Я совершенно не возражаю, если мои находки окажутся полезными Русской конфедерации, но не хотел бы видеть свои наработки в продукции верфей других стран.

— А чем тебя не устраивает патентная защита? — Поинтересовался контр — адмирал.

— Сроками. Десять лет, с учётом тех четырех, что я буду учиться… это слишком мало. К тому же, мои нововведения без рунной составляющей не имеют никакого значения. А патентовать артефактную часть, насколько мне известно, запрещено. Не так ли?

— Понятно. — Протянул Несдинич и бросил вопросительный взгляд на дядьку Мирона, но тот никак не отреагировал. Контр — адмирал чуть помолчал и вдруг перешёл на официальный тон. — Думаю, мы договорились. Право поселения в Китежграде для всей семьи и содействие в принятии проекта дирижабля на одной из надёжных верфей. Кирилл, Хельга, я еще раз хочу искренне поблагодарить вас за помощь моему ведомству в этом неприятном деле… и прошу прощения за небрежность моих подчинённых, чьи действия причинили вам столько беспокойства.