Откройся и явись

Мир вокруг резко изменился и почернел. Нет я не попал в иную реальность мироздания как было у моего любимого автора с его героем который охотился на незадекларированных вампиров. Просто я стал видеть больше чем способен человек.

Парень смутным серо-черным силуэтом стоял возле своего трупа и смотрел на меня. Заметив, что я обратил на него внимание он заулыбался.

Правда из-за того, что его образ постоянно переливался и как рябь на воде, улыбка подошла бы для какого-нибудь ужастика.

– А я знал! Я знал, что вы можете мертвых видеть! Круто! А мне не верили!

Твою то мать. Ну не люблю я таких эмоциональных персонажей. Да чтецы могут видеть мертвых. Но не душу или что-то в этом роде. И уж тем более не призраков. А остаточную память человека. Его след при жизни. Слепок с настоящего разума. Это уже не живой человек. А просто набор эмоций, воспоминаний. Который стирается и исчезает через какое-то время. Самые отвратные слепки у наркоманов и алкоголиков. Уж не знаю почему, наверное, из-за того, что вещества так действую на организм слепок живет долго, у таких личностей. Я так лет десять назад воевал с соседом наркоманом. Его слепок держался месяц. Ох и достал он меня тогда.

Я сосредоточился и заговорил мысленно с парнишкой. Как обычный человек говорит сам с собой в уме. Тоже делаю и я с обитателями не видимыми людям.

– Ну рассказывай. Как что зачем куда.

Силуэт колыхнулся. И в голове раздался юношеский голос.

– Нууу. Че сказать то. Я не знаю, как меня убили. Я помню, как мы в клубе тут не далеко с Алинкой и Вадиком отдыхали. А потом все как во сне. Очнулся я уже тут. Точнее...

– Точнее проявился. И увидел свой труп.
– силуэт кивнул - что-нибудь еще помнишь? И давай о своих друзьях. Что за Вадик и Алина?

– Нууу это, Вадик -- это мой кореш еще со школы. Мы типа как братаны. А Алина моя девушка. Я ее очень люблю.

– Так давай мне адреса, телефоны и что все-таки последнее ты помнишь?

– Ну это. Папка знает их. У него есть все данные. А что помню... Ну мы короче вчера после института приехали в клуб, у Алинки через три дня день рождение, и она хотела отметить заранее так как улетала с семьей. А Вад с нами за компанию типа. Мы тусили там, где-то с семи вечера и до..., по-моему, до четырех утра. Дальше не помню.

– Что за клуб? Тусить в воскресенье? А как же учеба?
– усмехнулся я.

– Нуууу это. Мне же не к первой паре. А клуб тут рядом через пару остановок. Называется Горгулья.

Тьфу ты черт. И на кой хер вас понесло в место для Чтецов? Любители экзотики блин.

– Ладно орел. Твоим что-то передать?

Силуэт опять дрогнул. Ох черт. Видимо он еще не осознал.

– Эм...я...

– Ты уже не человек. Ты скоро исчезнешь. Не знаю ждет ли тебя светлое или не очень будущее. Или что там вообще в конце. Но ты лишь воспоминания этого вот бедолаги. Понимаешь?

– Я....я....

Ну началось. Такое бывает с любителями веществ, алкоголя и прочего что влияет на мозги. Человек умирает. Слепок остается на какое-то время. Но так как нет воспоминаний о последних минутах жизни, он не может осознать, что он уже не живое существо. И начинается сбой в программе или сдвиг по фазе.

– Я...

– Ты ты. Нет тебя уже. Ты мертв. Настоящий ты мертв. Андерстенд? Скажи, что передать, что хотел бы передать настоящий ты.

– Скажите...скажите, что я любил всех.

– Ладно. Отдыхай. Все бывает в первый раз.

Я убрал руки с трупа. Силуэт растаял, но мир еще не пришел в нормальную цветовую гамму. Вот почему я не люблю пользоваться своими способностями. У них долгий период действия. Теперь буду еще часов пять натыкаться на фонарные столбы и людей, ибо хрен что разберешь в этой черноте из силуэтов и вспышек чужих мыслей. Я поднялся и закурил.

Только через пару минут до меня дошло что, Толя с любопытством разглядывает меня. Ждет зараза. Со стороны я тоже выгляжу весело. Сидит парень на корточках, руки на трупе и смотрит в одну точку молча. Картина маслом.

– Я уже тут.
– буркнул я затягиваясь.

– Что узнал?
– буднично спросил Толя.

Я в кратком изложении пересказал ему о поступившей информации, попутно наблюдая как над его головой формируется образ, которому позавидовал бы любой борец за правильность произношения русского языка.

– Ясно. Я тогда отправляюсь к его отцу. А ты в бар. Не люблю я вашу забегаловку.
– повел плечами Толя.

– угу - буркнул я, пытаясь сфокусировать зрение. В бар утром. Бестолковая идея, хотя.