Шрифт:
И я воткнула кинжал прямо у него перед носом, слегка оцарапав ему кожу. Он затрясся и мгновенно вспотел, пришлось отпустить эту паскуду.
– Удачного дня, господин Улицкий. Берегите себя, - моя улыбка лучилась доброжелательностью, но он почему-то этого не оценил, мгновенно исчезнув из кабинета.
Я в задумчивости побарабанила пальцами по столу, оценивая возможности. Демон, как же не вовремя, но с другой стороны... Дверь кабинета распахнулась, и в него влетела растрепанная и заплаканная Пиона.
– Госпожа!
– Тебя стучать не учили?
– поморщилась я.
– Я занята...
Девушка умоляюще схватила меня за руки, ее мягкие ладони были такими горячими и мокрыми, что я поежилась.
– Что он хотел, госпожа? Скажите, прошу вас!
– Купить тебя. Две тысячи. Обещал подумать...
Пиона задрожала и мгновенно побледнела, потеряв весь румянец с щек. Она упала на колени передо мной, не отпуская моих рук, и зарыдала.
– Госпожа... Прошу вас... Не продавайте... Я все сделаю... Обещаю... только... НЕ... ПРОДАВАЙТЕ!
– Быстро встала!
– я встряхнула девушку, с досадой понимая, что проморгала истерику.
Пиона сотрясалась от рыданий, всхлипывала, ее нежная кожа тут же пошла красными пятнами, а нос мгновенно распух. Я влепила ей пощечину. Очень сильную и болезненную. Ее голова дернулась, а взгляд стал осмысленным.
– Замолчи и слушай меня внимательно. Никто тебя не собирается продавать. Все, успокойся.
Я подошла к столу, налила ей воды и сунула в руку стакан.
– Выпей и приди в себя.
Пальцы у нее все еще дрожали, она давилась водой и собственными всхлипами.
– Зачем же мне тебя продавать? Я не привыкла менять свои планы, - я старалась говорить мягко и ласково.
– Ты мне лучше скажи, отчего твой отчим вдруг всполошился, разыскал тебя и готов платить?
– Н-н-не знаю...
– А что маменька твоя? Ты говорила, что она при смерти была, когда...
Пиона лишь кивнула, вцепившись в стакан с такой силой, что я почла за благо забрать его.
– Она богатой была?
Девушка лишь неуверенно пожала плечами, уставившись в одну точку.
– Как же ты можешь не знать? Или скрываешь?
– я прибавила нотку угрозы в голос, и Пиона наконец очнулась от транса.
– Я не знаю, правда... Когда папа умер, меня в монастырь отдали, долгов было много, трудно пришлось, вот и...
– Сколько же тебе было?
– Одиннадцать. А потом я дома редко бывала. Мама замуж вышла и...
– За Улицкого?
– Нет, - мотнула головой Пиона.
– За другого. Я его и не видела толком. На свадьбе только...
– То есть, Улицкий ее третий муж?
– Да нет же! Он ...
– Пиона стала загибать пальчики, введя меня в состояние легкого ступора.
– Пятый, точно пятый. Второй был с козлиной бородкой, третий совсем старый и беззубый, а четвертый забавный такой толстяк, он мне больше всех нравился, добрый и ...
– Нда... А твоя маменька еще той проказницей была... Что же ей так не везло на мужей? Или наоборот, везло?
– Не знаю...
– И каждый небось неплохое наследство оставлял после себя...
– пробормотала я, раздумывая.
– Сдается мне, что маменька твоя совсем недавно преставилась, и отчим опасается, что ты, получив свободу, можешь заявить права на наследство... Хотя странно.
Пиона уставилась на меня в недоумении.
– ... Но раз он задумался над суммой в две тысячи за тебя, вероятно ожидает, что получит намного больше. Или потеряет.
– Госпожа, я правда не знаю! Прошу вас...
– Значит так. Мне придется разузнать, что там с твоим наследством, есть ли оно вообще... Ты откуда родом, кстати?
– Из Вышня.
– Далековато, - поморщилась я.
– Госпожа, а если нет никакого наследства, если он хочет купить меня ... не из-за этого, а...
– Пиона беспомощно замялась.
– Не смеши меня. Ни одна девка не стоит две тысячи, нет такой цены. И быть не может. Если окажется, что он все еще не вступил в права наследования, то я... Поступим так. Поверенный составит доверенность на мое имя вести твои дела и распоряжаться наследством, а ты взамен... получишь свободу. Щедрое предложение, как считаешь?
Пиона смотрела на меня широко раскрытыми глазами, закусив губу.
– Что задумалась? Не хочешь? Ну и ладно, неволить не стану. В конце концов, могу довольствоваться и двумя тысячами...