Перед ним с испуганным видом стоял Зина Живцов.

— Ты одни? — разочарованно спросил Макар: он так хотел увидеть Дашу!

— А ты тоже один? — в свою очередь спросил Живцов.

— Конечно, один. Мама давно на работу ушла.

Зина облегченно вздохнул:

— Это хорошо, — и, перегнувшись через перила, крикнул: — Ну, долго вы там? Идите скорей!

— А кто там? — удивился Синицын.

— Поспелова и Лысюра… Понимаешь, у нее шнурок на ботинке развязался, вот они и застряли, — Живцов отвел глаза.

— Понятно! — догадался Макар. — Вы мамы моей боялись? Из-за того, что скатерть испортили…

— Предположим, скатерть испортил ты, — послышался голос Лысюры. — Но все равно, мало ли что бывает…

— А вот увидите, что бывает! — заорал, не выдержав, Синицын. — Заходите скорей!

Глаза Даши загорелись любопытством. Она первой подбежала к столу.

— Ах! — вырвалось у нее при виде чудесного заголовка. — Как красиво!

— Что там? Что? — толкая друг друга, кинулись к столу Генка и Зиновий. — Вот это сила!

Насладившись восхищением друзей, Синицын сдернул стенгазету со скатерти:

— Отгадайте, где пятно?

— Какое пятно? — удивилась Даша. — Это же новая скатерть!

— Точно, новая, — зачем-то щупая материю, подтвердил Живцов.

— Никакая она не новая! — обиделся Макар. — Это та самая, вчерашняя…

— А где же тогда пятно? — не поверила Поспелова. — Или вы его чем-то свели?

— Оно само исчезло за ночь. Вот!

Лысюра досадливо поморщился:

— Брось заливать, Синицын! Ты еще скажешь, что заголовок сам нарисовался?

— Конечно, — ответил Макар и прикусил язык. Кто ж ему поверит? Еще на смех поднимут. А Генка уже разглядывал книги.

— Так у тебя два «Маленьких принца», оказывается?! А сам вчера говорил, что не можешь дать книгу для библиотеки.

— Так вчера была одна. А ночью… А ночью появилась другая.

Ребята переглянулись.

— У тебя что, температура, Синицын? — Генка повертел пальцем у виска. — Или свихнулся?

Макар обиделся.

— Можешь не верить, твое дело. Забирайте свою стенгазету.

— Не твою, а нашу, — строго поправил его староста, скатывая лист ватмана в трубку.

— У тебя веревочка есть? — спросил он.

— Сейчас принесу! — буркнул Макар и отправился на кухню, где у них на крючке висел моток бельевого шнура.

Но как только он вошел, заметил, что дверца холодильника приоткрылась. Он хотел захлопнуть ее и удивленный замер. В холодильнике стоял хрустальный стаканчик с мороженым. Макар осторожно взял его. За прозрачными стенками пламенели красные ягоды клубники, утопавшие, как в пуху, в белоснежном мороженом. В стаканчик была воткнута маленькая хрустальная ложечка. Макар не удержался и попробовал мороженое: такого вкусного он еще не ел! Мороженое было невероятно, прямо-таки фантастически ароматным! Макар зажмурился от невыразимого удовольствия, но неожиданно спохватился: надо же угостить и друзей! Он вернулся в комнату.

— Мороженое! — обрадовались все. — Тащи ложки, быстрее!

И четыре ложки, в том числе и хрустальная, нырнули в стаканчик, катастрофически быстро опустошая его.

— Все! — Живцов смачно обсосал ложечку. — Эх, маловато.

— Повеселились — и за работу! — Лысюра отодвинул в сторону стаканчик и развернул сборник задач.

— Ой, смотрите! — восторженно воскликнула Даша.

Хрустальный стаканчик, стоявший у края стола, был снова доверху наполнен мороженым. Когда это случилось, никто не заметил, только Живцов был готов поклясться, что стаканчик не двигался с места. Но самое удивительное: теперь в нем было не клубничное, а шоколадное мороженое. Темно-коричневая масса его тяжело наползала на хрустальные стенки.

— Фокусы Кио… — простонал Лысюра.

— А я знаю, знаю! — захлопала в ладоши Поспелова. — Мы отвернулись, а Макар подменил стаканчик. Подменил, подменил!

— Ничего я не подменял! — возмутился Макар. — Вот еще. Я сам только сейчас это мороженое увидел. Лучше давайте его съедим.

Через две минуты и этот стаканчик был пуст. Его поставили в центр стола и затаив дыхание стали наблюдать за ним.

Дружный крик вырвался у всех одновременно: стаканчик внезапно наполнился желтым сливочным мороженым! У Живцова слетели очки, Даша застыла с открытым ртом, а Лысюра озабоченно пытался нащупать свой пульс и никак не мог.

— Почему же пульс не бьется? — встревоженно обратился он к Зине.

— Что я тебе, доктор, что ли? — огрызнулся тот, надевая очки.

И только Синицын не растерялся. Он уже догадался, что все эти чудеса произошли по велению Тик-Така, но пока решил об этом молчать.

Наконец Даша с опаской взяла в руки стаканчик и начала его разглядывать.

— Может, у него двойное дно? — предположил Генка. — Я в цирке видел: клоун при всех выпивает полный стакан, а тот снова наполняется до краев. Фокусный стаканчик.