Император, стремясь отомстить за это злодеяние, - он уже одержал победу над венграми, - как враг вступил в страну варваров. Было рассмотрено дело о саксах, которые вступили в сговор со славянами; решили, что Вихмана и Экберта следует считать врагами государства, а из остальных щадить тех, кто захочет вернуться к своим. При этом присутствовало посольство от варваров, заявившее, что они хотят платить дань согласно обычаю, оставаясь союзниками; только на таких условиях они желают мира, а иначе будут с оружием сражаться за свободу. Император на это ответил, что не отказывается от мира с ними, но предоставить его на любых условиях не может. Разве только они искупят нанесенную ими обиду достойным почитанием и исправлением. И повел войско по их землям, опустошая и предавая огню все [на своем пути], пока наконец, разбив лагерь на реке Таксе21, трудной для перехода из-за болотистой местности, не был окружен здесь врагами. Ибо сзади [путь] был перекрыт крепкими деревьями и защищен отрядом вооруженных [воинов]. Спереди же находилась река, рядом с рекой - болото и воинственные славяне с огромным войском, мешавшие [нашим] действовать и отрезавшие им путь. [Наше] войско было истощено болезнями, голодом и иными лишениями. Когда такое [положение] длилось уже много дней, к князю варваров Стойнефу был отправлен граф Геро, герцог и маркграф, с предложением сдаться императору [на условии], что тогда его примут как друга и не будут испытывать как врага.

В Геро, конечно, сочетались многие хорошие качества: опыт в войне, благоразумие в гражданских делах, достаточное красноречие и большие познания; мудрость свою он показывал больше на деле, чем на словах, был ловок в приобретениях и щедр в пожалованиях и - что особенно важно - весьма усерден в служении Богу. Итак, через болото и реку, к которой примыкало болото, граф Геро приветствовал варвара. Славянин ответил ему тем же. [Тогда] граф сказал ему: «Хватит с тебя и того, что ты затеял войну против одного из наших, против слуги моего господина, а не против [самого] господина моего, короля. Каким же должно быть твое войско и твое оружие, если ты дерзаешь на подобное? Если вам присуща хоть какая-то доблестьу если [есть в вас] хитрость и храбрость, то дайте нам возможность пройти к вам или же вы придите к нам, и пусть тогда на ровном месте будет испытана храбрость воинов». Славянин, скрежеща по варварскому обычаю зубами и изрыгая множество ругательств, стал насмехаться над Геро, императором и всем войском, зная, что оно из-за многих тягот оказалось в трудном положении. Тогда Геро, раздраженный этим, будучи человеком горячего нрава, сказал: «Завтрашний день покажет, храбры ты и твой народ или нет, ибо завтра вы без сомнения увидите, что мы вступим с вами в битву». Хоть Геро издавна считался знаменитым и славным благодаря многим подвигам, его все же стали называть великим и знаменитым именно за то, что он с великой славой привлек на свою сторону тех славян, что звались украми. Геро вернулся в лагерь и сообщил то, что услышал. Император же, встав среди ночи, приказал стрелами и другими средствами вызвать [врага] на бой, при этом делая вид, будто войско хочет перейти реку и болото. Славяне, не думавшие после вчерашних угроз ни о чем другом, стали готовиться к битве, всеми силами защищая дорогу. А Геро со своими союзниками украми вывел из лагеря около 1000 воинов, быстро, втайне от врагов построил три моста и, отправив гонца к императору, вызвал все войско. Увидев это, варвары устремились навстречу [нашим] отрядам. Поскольку пешим варварам, прежде чем вступить в сражение, пришлось пройти более длинный путь, они, ослабленные усталостью, вскоре отступили [перед нашими] воинами; пытаясь найти спасение в бегстве, они без промедления были истреблены.

Стойнеф же с конницей ожидал на высоком холме исхода дела; увидев, что его союзники обратились в бегство, он также бежал, однако был настигнут вместе с товарищами в некоей роще и обезглавлен, - ибо был утомлен сражением и лишился оружия, - воином по имени Госеб. Один из его вассалов был взят живьем и, вместе с головой и доспехами царька тем же воином доставлен к императору. Благодаря этому Госеб стал славен и знаменит; в награду за столь славный поступок он получил в дар от императора 20 мансов вместе с доходами. В тот же день лагерь противника был взят, а многие люди в нем или убиты, или взяты в плен; резня продолжалась до глубокой ночи. На следующий день голову царька выставили в поле, обезглавили возле того [места] 700 пленных, а советнику его выкололи глаза, вырвали язык и оставили как бесполезного среди трупов. Вихман и Экберт, сознавая свои преступления, отправились в Галлию, бежав к герцогу Гуго.

Император, став благодаря частым победам славен и знаменит, заслужил страх и вместе с тем расположение многих королей и народов. Поэтому он принимал очень многих послов, а именно римских, греческих и сарацинских, получая от них дары разного рода - золотые и серебряные вазы, медные сосуды, отличавшиеся удивительным разнообразием работы, стеклянные сосуды, изделия из слоновой кости, вьючные седла различной выделки, благовония и различного рода мази, животных, невиданных прежде саксами, львов и верблюдов, обезьян и страусов; и возлагали на него свои дела и чаяния все христиане.k

22 Когда из Льежского епископства изгнали Ратера, епископом с согласия его дяди, графа Монса, был поставлен Балдрик. 22

956 г. a Иоанн XII 1 пребывал в должности 7 лет.

Король, пребывая в мире и досуге, провел в Кёльне королевский хофтаг при большом стечении своих верных.

В это же время по всем частям королевства гуляла чума, погубившая бесчисленное количество народа. От нее умерли Роберт, архиепископ Трирский, и Хадамар, аббат Фульденский; им наследовали: в архиепископстве - Генрих2, в аббатстве - Хатто3.

В аббатстве св. Назария в Лорше было восстановлено право выбора.a

bБруно, архиепископ Кёльнский, брат короля, построил обитель св. Панталеона.b

a В том же году Лиудольф был отправлен в Италию, чтобы обуздать тиранию Беренгара; изгнав Беренгара, он в скором времени стал правителем всей Италии. a

957 г. a Король повторно, как враг, напал на славян. a

b Лиудольф, желая сохранить верность друзьям, оставил отечество и пришел вместе с ними в Италию. Проведя там почти целый год, он умер 1 , нанеся своей смертью жестокую рану всей Франкской империи. Воины с должным почетом позаботились о его теле; оно было перенесено ими из Италии в Майнц и захоронено в базилике мученика Альбана под плач и рыдание всех франков. [Лиудольф] оставил после себя сына, названного именем отца 2 .

Весть о его смерти была доставлена императору в то время, как он был в походе против ратарей. Поэтому он пролил много слез, оплакивая смерть сына; в остальном он преданно положился на правителя всех - Бога, который до сих пор заботился о его империи.b

aУмер Виллер, аббат Трирский; ему наследовал Виггер.

В это же время милостивейший король, из рвения к святой религии, восстановил в прежнем достоинстве аббатство св. Петра в Вейсенбурге3, много лет назад лишенное его предшественниками права выбора и привилегии, и поставил аббатом этой обители Гейло, почтенного мужа.a