Охранники в деловых костюмах, точь-в-точь как те двое, что впустили Марту и Ахиллеса на виллу, каменными истуканами застыли на периферии, внимательно обозревая окрестности. Один из них заприметил новоприбывших и что-то сказал в микрофон у себя на запястье. За ними следили. Охранник кивнул, услышав что-то через наушник, и вновь повернулся к шумной компании у бассейна.

Переглянувшись, Марта и Ахиллес продолжили путь.

Слева донесся истошный вопль. Они увидели совершенно мокрую женщину в одних трусиках, бегущую по каменным ступеням. Ее пышная грудь соблазнительно подпрыгивала. За ней, тоже в одних трусах, гнался ухмыляющийся мужик с толстой золотой цепью на шее. Они скрылись за беседкой.

Марта и Ахиллес пошли дальше. Чувствуя себя выставленными на всеобщее обозрение, они пересекли лужайку. На деревьях, мерцая, покачивались гирлянды. В глубине сада, окруженное деревьями, раскинулось декоративное озеро. На водной глади играл нежный лунный свет.

Тут прогуливались гости поспокойнее – наслаждались безмятежностью теплого вечера и любовались скульптурами, фонтанами и фигурно подстриженными деревьями, придававшими вилле облик европейского замка.

Ахиллес и Марта обошли стороной влюбленную парочку у дерева.

Оставив позади газон – идеально ухоженный, украшенный изящными скульптурами, – они направились к обрывистому берегу озера, в водах которого столь красиво отражалась луна. По обе стороны от каменного моста возвышались статуи, стилизованные под древнегреческие изваяния на каменных постаментах. Пройдя между ними, Ахиллес и Марта поднялись на покатый мост, тянувшийся к противоположному берегу озера. Берег был так далеко, что Марта едва различала его в лунном свете.

По прибытии сюда они оба были так встревожены, что не обменялись и словом, но теперь, когда шумные компании, как и охранники в наушниках, остались далеко позади, ребята немного расслабились.

Опершись на поручни моста, Марта осмотрелась.

– Что делаешь? – поинтересовался Ахиллес.

– Высматриваю Прикида.

– Ты его видела раньше?

– Один раз. – Девушка поморщилась. – От него одни неприятности. Он точно огромный жирный магнит для копов. Одевается как гангстер и ведет себя соответственно. Вот почему нам не нравится иметь с ним дело. А если приходится, то мы стараемся провернуть все как можно быстрее.

Дернув Марту за рукав, Ахиллес указал на мужчину в гавайке. Тот немного отошел от остальных и что-то бормотал в трубку мобильного. Наверное, искал, во что бы переодеться, чтобы не позориться.

– Он?

– Шутишь? Прикид раза в два больше и раза в три… – Марта осеклась. – А вот и он.

Повернувшись, Ахиллес увидел настоящего Гаргантюа. Прикид был одет в белый льняной костюм и сорочку с открытым воротом, выставлявшую на всеобщее обозрение золотую цепочку.

Исполин поднес бокал шампанского к губам, осушил его одним глотком и швырнул бокал в воду. Отерев рот рукой, он громко рыгнул.

– Привет, Марта, – выдохнув, толстяк поднялся к ним на мост.

Что-то беспокоило Ахиллеса, но он не понимал, что именно. Юноша перевел взгляд с Прикида на пьяного мужика в гавайке. Тот сидел на лужайке, подтянув колени к груди и спрятав лицо в ладонях.

Пьяный мужик на лужайке. И парочка, все еще обнимавшаяся у дерева.

Что же не так?

Стоп. Когда он в последний раз видел, чтобы люди так обнимались? В зале кинотеатра. Но там была другая парочка, верно? Они были одеты иначе. Ну конечно. То была совсем другая парочка.

И все равно что-то было не так.

– Твой товар у меня, – говорила Марта, стоя к Прикиду вполоборота. – И привет от господина Маркона.

Мало того что приходилось смотреть на Прикида вблизи – одутловатое, залитое потом лицо, рот слегка приоткрыт, губы влажно поблескивают, точно две недоваренные сосиски, – внезапно Ахиллес ощутил исходившее от него зловоние. Тошнотворно-сладкий запах лосьона после бритья не мог скрыть вонь немытого тела. Запах лосьона был очень едким. Но недостаточно.

Ахиллес вспомнил, как в кинотеатре обострился его слух. Тогда, сосредоточившись, он смог контролировать это. Оказалось, что то же самое можно провернуть и с обонянием. Осознание застигло его врасплох. Ахиллеса точно ледяной водой окатило.

Его органы чувств работают лучше, чем у обычных людей. И Ахиллес может контролировать их. Обычные люди так не могут, верно?

– Хм, а это еще кто? – осведомился Прикид, ткнув толстым пальцем в сторону Ахиллеса. – Явно не Рен.

– Друг, – отрезала Марта. – Слушай, Прикид, мы оба знаем, зачем я здесь. Все устроил Маркон, верно? У меня твой товар, у тебя мои деньги. Давай махнемся и разбежимся.

– Конечно, – кивнул Прикид. – Давай посмотрим, что там у тебя.

– Ты мне сначала деньжата покажи.

Рука Прикида, синяя от татуировок, скользнула в карман. Он протянул Марте стопку купюр, но прежде чем девушка смогла ее взять, отдернул руку.

– Не-а, – осклабился он. – Сначала покажи товар.

Марта принялась рыться в рюкзаке. Нервничая, Ахиллес оглянулся. Парочка у дерева больше не целовалась. И мужчина, и женщина смотрели в их сторону, явно понимая – что-то происходит.