В вялом просвете коридора я узнала кухню. Там, посреди деревяшек и прочего мусора, остался дубовый стол, уцелевший после стольких лет каким-то чудом. Я подошла ближе, словно меня туда поманили, и взглянула на посеревшую поверхность. Туда упали две капельки моих слёз.

«Не плачь, Лисси. Прекрати рыдать, глупое создание».

Слова, написанные угольком, в моих мыслях прозвучали таким знакомым голосом. Отныне я не смела больше плакать, но тогда я позволила себе напоследок выпустить наружу все оставшиеся эмоции.

С того момента прошло много времени. Я так и не решилась кому-то поведать эту историю, оставив её тайной. Мама так и не узнала о том, что я вспомнила всё. Меня же долго не покидало чувство вины, ведь из-за меня отец решил взять на себя вину, из-за меня маме пришлось уехать подальше от места, где разошлись недобрые слухи о дочери обычной медсестры. А что же я? Выросла нерадивым робким существом, неспособным ни на что кроме хныканья! Нельзя так жить, нельзя так видеть мир!

Я до сих пор иногда смотрю записи концертов «Dreamlife». Я вижу там Анри, и порой кажется, что делаю это, чтобы никогда его не забыть. Когда становится грустно, когда жизнь кажется несправедливой, я хватаюсь за воспоминания, подаренные Анри. Мне становится легче.

Я обрела нечто новое, утратив способность видеть осознанные сновидения. Было ли это к лучшему или нет, но погружаться в обыкновенные сны оказалось куда приятней. Почему я раньше этого не замечала? Может, осознанные сны – это что-то противоестественное? Может, человек не должен открывать неизведанные чертоги, таящие себе не столько загадок, сколько опасностей? Думаю, мир имеет право иметь свою тайну, подобно тому, как я решила умолчать о своей истории.

Первый курс института даёт отчётливо понять, что двойки в школе, разбитый стакан с соком и опухший после снежка глаз – это пустяковые пустяки. С этими мыслями я устало ввалилась в свою комнату, забросила сумку куда подальше и стянула резинку, держащую мои волосы в высоком хвостике, – эту прическу, кстати, мне Лилит посоветовала. Выглядит неплохо, а какое облегчение, когда пряди будто высвобождаются и легко падают на плечи! Завалилась на кровать, обещая себе отдохнуть только пять минут, но обещание так и не сдержала. Провалилась в сон, как только коснулась головой подушки –вот они, студенческие будни! И ни на какие самокопания нет не то чтобы времени – сил нет!

Я очнулась в коридоре. Стоп. В коридоре?! Кроме того, я прекрасно понимала, что сплю. Но эти двери, эта перспектива настолько показались знакомыми, что через секунду мои предположения о моём местонахождении тотчас развеялись. Давно же я не была здесь! Там, где-то впереди, прямо из стены слабо лилось зеленоватое свечение – этот цвет у меня с давних пор ассоциировался только с одним человеком. Так неужели он вернулся? Незамедлительно направилась туда, а затем остановилась у приоткрытой двери. Оттуда едва доносились мотивы знакомой мне песни. Я волнительно замерла, не решаясь шагнуть туда. Моя ладонь решительно потянулась к ручке, но так и не коснулась её. Я улыбнулась сама себе: а нужно ли мне возвращаться сюда?