Когда брюнетка попрощалась с Альей, то до закрытия пекарни оставалось лишь всего пару минут. Поэтому Маринетт начала убираться в помещении, вытирая столы от крошек и убирая пустые корзинки от выпечки.

Звонкий колокольчик уведомил девушку, что пришёл последний на сегодня гость. Стоя спиной к двери, Маринетт уже хотела сказать, что пекарня закрыта, но, увидев пару злосчастных круассанов, она лишь развернулась и устало сказала:

— Привествую, — только сейчас Дюпэн-Чэн смогла рассмотреть гостя. Юноша, чьи блондинистые волосы были мокрыми, как и его одежда. Взгляд Маринетт метнулся в окно, и к удивлению девушки, она не заметила, как на улице начался дождь. Слабо улыбнувшись юная особа перевела взгляд на покупателя и столкнулась с удивлённым выражением лица юноши.

— Что? — непонятый тон, не то радостный, не то запыхавшийся, верно от пробежки в дождь. К удивлению Мари, её не покоробило данное выражение, как в прошлые разы, а заставило мельком взглянуть на своё запястье, которое покалывало не больше секунды.

Дюпэн-Чэн, в страхе от того, что все её злобные предположения могли сейчас же оправдаться, подняла взгляд на парня, который мило улыбался. Облегчённо подарив улыбку в ответ, Маринетт в сию же минуту изменилась в лице. Перед ней промокший от дождя насквозь гость, а они стоят посередине комнаты и улыбаются, словно умалишенные.

— Подожди секунду, я сейчас принесу плед, возражения не принимаются, — грозно и донельзя мило промолвила девушка, угрожая указательным пальчиком, и скрылась в другой комнате.

<p align="center" style="box-sizing: border-box; max-height: 1e+06px; margin: 0px; color: rgb(0, 0, 0); font-family: Verdana, "Open Sans", sans-serif; font-size: 16px; background-color: rgb(246, 236, 218);">

***

За столиком пекарни возле окна сидела молодая пара, которая бурно что-то обсуждала. В комнате витала уютная и домашняя атмосфера, которую дополнял аромат свежей выпечки и задорных смех Маринетт и Адриана, как позже узнала брюнетка имя позднего гостя. Наконец Дюпэн-Чэн могла рассказать все свои переживания тому, кто также в страхе ждал день встречи. Теперь Мари слово «quoi?» не казалось таким угрюмым и злым, нет. Теперь оно ассоциировалось с юношей, который мог понять её с полуслова.