– Умник, - одобрительно кивнул Виктор.
– Всему объяснение найдешь. Настоящий еврей.

– Это не я, это мы с отцом обсуждали. Он же у меня экономист, - отбился от незаслуженной славы Марк. Тем временем Андрей вынырнул из алкогольного транса и, покачнувшись, замахал указательным пальцем.

– Не-не-не, парни, не-не-не. Что-то с этим... М-м-магазином... Ик! Нечисто с ним что-то, вот. Я как-то поздно возврщлс...
– тут его окончательно повело, и друзьям пришлось хватать товарища за руки, чтобы тот не упал назад. В итоге Андрея усадили вниз, а Марк еще и отобрал открытую банку с пивом. Хмельной оратор похлопал пшеничными ресницами, а затем продолжил:

– Ну и вот... Уф, что ж так плохо-то мне... Иду я ночью. Темно... Ик! Решил я того... Срезать через газон... Уф... Чтоб не переть в обход, значит...

– Вездеход на ножках, пьяный и непокобелимый, - шепотом прокомментировал Марк. Виктор, зажимая рот руками, беззвучно затрясся от хохота. Андрей не заметил - или решил не придавать значения.

– Иду, иду... И вдруг бац!

– Упал и уснул?
– подсказал Виктор. Теперь пришла пора Марку давиться смехом, но Андрей строго уставился на друзей.

– Нееее! Уснешь тут, щаз... Там сзади дверь. Ик! Ну, для персонала, наверное... И она была приоткр... кр... при-от-крыта! И свет!

– Ну так ясно же, - поднял бровь Марк.
– Владелец нежилого фонда понаехал проверить, не устроили ли бомжи в его хозяйстве фонд жилой - то есть, ночлежку.

– Глубоко за полночь?
– недоверчиво уставился на него Андрей. Марк уже в который раз пожал плечами.

– Не, ну а кто ему что скажет? У меня отец над аналитикой иногда и до утра сидит. Берет ноутбук и уходит на кухню, чтобы маме не мешать. Та, конечно, ворчит, но ты ж знаешь - работа не волк, сама себя за афедрон не укусит.

– За куда?
– не понял Андрей, но Виктор, тоже спустившийся на сиденье скамьи, ткнул приятеля в бок.

– За жопу. Ты не отвлекайся, ты рассказывай: внутрь-то заглянул?

– Иди ты!
– попытался дать сдачи рассказчик, но промахнулся.
– Я был в хлам, кнешн, но я не идиот. Что-то мне там не понравилось... Один бы точно не полез.

Оба его товарища согласно закивали. Паранойя у Андрея была развита неимоверно, но вот ведь удивительно - почти всегда она оказывалась оправданной. Со временем все просто привыкли: если их друг паникует - следует всенепременно учесть, отступить и перегруппироваться на случай внезапных неприятностей.

Виктор встал, потянулся и хлопнул друга по плечу.

– А если не один?

Марк насторожился. Андрей же как-то разом почти протрезвел и нахмурился.

– А зачем?

– Да просто интересно... Чего они там столько времени ремонтируют? А если не ремонтируют - может, получится чем-нибудь ценным разжиться.

Никто из старшеклассников не был из, скажем так, неблагополучной семьи, но молодость, горячая кровь и тяга к авантюрам порой толкали троицу на достаточно опрометчивые поступки. Заводилой всегда выступал Виктор, Марк отвечал за хитроумные планы, а Андрей - за своевременные ретирады. Поэтому после некоторого обсуждения, плавно перетекшего в дружескую перебранку и небольшую потасовку, в ходе которой Андрея все-таки скинули со скамейки, план операции 'Любопытный койот' был принят к исполнению. Марк немного поколебался по поводу душевного спокойствия тяжело больной мамы, но дал себя уговорить в том ключе, что 'меньше знают, крепче спят'. На том и порешили - и разошлись до полуночи.

– 2-

Возле приметного тополя со спиленной по городской моде верхушкой уже кто-то стоял. Марк сощурился. Близорукостью он не страдал, но вот его отец носил очки, и в минуты задумчивости имел привычку жевать дужки оных, вполглаза уставившись куда-то в пространство. Видимо, это мимическое движение было подхвачено как раз от родителя.

Виктор - а это оказался он - сощурился в ответ, когда его приятель на всякий случай таки щелкнул кнопкой фонарика и угодил лучом прямо в лицо подельника.

– Абрамыч, ты озверел! Тебе надо было лет на пятьдесят пораньше родиться: как раз пошел бы в КГБ с такими методами...

– Зато не в темноте попрем, - парировал Марк, помахивая компактным цилиндром.
– Ты-то не догадался.

– Я кое-чего другого взять догадался, - хмуро буркнул Виктор и запустил руку за пазуху. Его одноклассник озадаченно уставился на тускло поблескивающий металлом предмет.

– Ты где пистолет добыл?
– в голосе Марка звучало здоровое опасение, но вооруженный собеседник только отмахнулся.

– Да какой пистолет, так, игрушка... Газовый, у брата одолжил. Патроны звуковые, то есть, чисто психологическая защита от чисто конкретных пацанов. Ну мало ли, убегать придется.

– Убегать - самая действенная тактика в нашем случае!
– заметил подкравшийся за время разговора Андрей. Друзья аж подпрыгнули от неожиданности. Затем последовала небольшая выволочка для диверсанта-любителя: все-таки хрупкую и ранимую подростковую психику, спокойно переваривающую фильмы ужасов и видеоигры с расчлененкой, надо было иногда и поберечь. Произошла взаимная раздача подзатыльников - и, наконец, выдвижение в сторону объекта.