Он отвел ее в свой номер в отеле. Это было недалеко, но контраст с ее уютной маленькой квартиркой просто шокировал. Бесшумный лифт доставил их прямиком в пентхаус, и София раскрыла рот, увидев это. Комнаты были роскошными, а сквозь прекрасные двойные французские двери виднелась кровать шириной в целую милю. Внезапно вновь засмущавшись, она повернулась к Доминику.

– Тебе нравится?
– спросил он.

– Я... это явно не для меня.

Его ответная улыбка была просто неудержимой, и на мгновение София подумала о торжествующем воине, вернувшемся домой со своим трофеем.

– Это все для тебя, - пообещал Доминик.
– Все это, если ты хочешь. Включая и меня.

По крайней мере, в этом отношении у нее не было страхов, и без капли беспокойства она потянулась к нему.

София взвизгнула, когда он подхватил ее на руки. Она была невысокой, но отнюдь не пушинкой. Доминик нес ее, как будто она весила не больше перышка. И в его руках она чувствовала, как по телу пробегает легкое покалывание. Она наслаждалась тем, насколько они близки и какие чувства вызывают друг у друга.

Доминик посадил ее на середину кровати и долгое время просто стоял рядом, возвышаясь над ней.

– Что ты видишь?
– спросила София наполовину испуганно.

Его улыбка была теплой как летний рассвет.

– Прекрасную женщину, от которой у меня щемит сердце, - ответил он, наклоняясь, чтобы прижаться к ее лбу своим.

Они смотрели друг другу в глаза, и София подумала, что может затеряться в зелени. Было в этом мужчине что-то дикое. Она не забыла об угрозе, которую он собой представлял, но сейчас все это значило намного меньше, чем тот факт, что они вместе. Это идеально, это правильно, и София отказывалась позволить чему-либо встать на их пути. Слова застряли в ее горле. Кинжалы, тот его разговор по телефону. Как мало он знал о ней и об ее прошлом. Доминик как будто почувствовал все это. Но вместо того чтобы ждать, пока она заговорит, он нагнулся и прижался губами к ее рту.

Поцелуй был глубоким и опьяняющим, и тепло от него разлилось по всему ее телу. София положила ладонь на шею Доминика и привлекла его ближе. Она скользнула языком по его нижней губе, наслаждаясь дрожью, которая прокатилась по всему его телу, а потом проникла языком в его рот. Его вкус был для нее чем-то изумительным. Он был идеальным и идеально подходил Доминику. София невольно подумала, что была бы счастлива целовать этого мужчину, пока звезды не утонут в океане.

Несколько долгих секунд Доминик позволял ей целовать себя, как ей хочется, но она ощутила момент, когда в его теле поднялось нечто более мощное. Она бросила взгляд на высокие стеклянные двери, которые вещи на балкон, и увидела, как позади Доминика темнеет небо. Надвигалась обещанная буря, и это лишь приумножило ее возбуждение.

– Открой окна, - тихо сказала София.

Улыбка Доминика, честно говоря, могла напугать ее, будто он сделался другим человеком. Но вместо этого она лишь еще сильнее возбудилась, наблюдая, как он быстро подходит к высоким окнам и распахивает их, впуская свежий летний воздух. Небо темнело с каждой секундой, набухая от веса воды. София как никогда понимала, насколько настоящая любовь походит на грозу. Она назревает и назревает, но когда наступает подходящий момент, она ударяет как молния.

Вырисовываясь темным силуэтом на фоне неба, Доминик разделся догола, и София подумала о богах, загадочных и могущественных. Они приходили на землю в поисках женщин, которых делали своими, и в этот самый момент она желала именно этого.

Доминик вернулся к кровати, и София поднялась на коленях, простирая перед ним руки точно в мольбе.

– Возьми меня, - сказала она, и ее голос почти умолял.
– Возьми меня, овладей мною...

В приглушенном свете София все равно могла видеть, как его глаза потемнели от желания. Ее слова послали дрожь по его телу, но все же он удержал руки опущенными.

– Повтори, - сказал ей Доминик голосом, напоминавшим глухое рокотание.

Это тоже было правильно. Жертва должна быть добровольной, иначе она не имела значения, и София скользнула руками по своему телу, как будто демонстрируя Доминику, что ему принадлежало.

– Я хочу тебя, - хрипло произнесла она.
– Я хочу, чтобы ты взял меня, все, чем я являюсь, все, что у меня есть.

Доминик громко застонал от ее слов, и в следующую секунду опрокинул Софию на кровать. Его мощь вторила мощи бури позади него, и она не хотела ничего иного, только бы быть унесенной прочь этой силой.

Между ними оставалось столько недосказанного, но таковы простейшие истины. Все грубо и идеально, и ничто не могло встать между ними.

Его поцелуй был глубоким и диким. София уже чувствовала, как к ней прижимается его наполовину затвердевший член. Она желала, чтобы ее взяли быстро и яростно - она нуждалась в этом. Но она чувствовала, что Доминик нуждается в этом не меньше.

Он принялся возиться с ее платьем, хватая подол, но действуя по наитию, София его остановила. Вместо этого она развернулась и опустилась на четвереньки на кровать, обернувшись через плечо, чтобы посмотреть, что он думает.