— Для ночи еще молода. — сказал он ей. — У нас есть время, Сьюзи.

— Стефани.

Он одарил ее одной из своих самых очаровательных улыбок, никогда его не подводившей и творившей чудеса с женщинами, с которыми ему приходилось применять усилия, чтобы завоевать. Все по схеме, ее серьезное выражение лица исчезло, а в глазах блеснул интерес. У него было не много талантов, поэтому естественный шарм и подход к женщинам считались основными.

Также публика знала о предстоящем наследстве Фаррелла Грейсона, и это помогало ему получить внимание любой женщины, которую он хотел.

Сто миллионов долларов огромного наследства его бабушки переходили к нему по ее завещанию с условием: внук не запустит в него свои руки, пока ему не исполнится 21.

Всего 576 дней оставалось до того, как он наконец получит свободу делать как ему пожелается и как захочется, не находясь под каблуком у матери и отца, наконец наступит долгожеланный конец полной зависимости от них в его месячном жалованье.

— Сьюзи, Стефани, секси, возвращайся сюда, кто ты там есть или как там тебя. — сказал он, похлопывая по колену. Она сделала, как он требовал, улыбаясь.

Ее язык был на вкус как ром, подумал он рассеянно. Или диетическая кола.

Завибрировал телефон и он посмотрел в него. Это было сообщение от младшего брата, Адама. «У меня большая проблема. Можешь приехать ко мне?» В сообщении прилагался адрес в одном из районов поблизости от центра города, пользующегося дурной славой.

Следом последовало следующее сообщение «Не беспокойся! Я в порядке.»

«Да, конечно», подумал Фаррелл и сунул телефон во внутренний карман пиджака. Он схватил бутылку водки, сделал глоток, чувствуя, как приятно она обожгла все внутри от горла до желудка. Ну вот и все.

Веселье закончилось. Долг зовет.

— Нужно идти. — сказал он.

Глаза Стефании распахнулись от удивления: — Что? Куда?

— Нужно разобраться с семейным делом.

— Я поеду с тобой.

— Нет, спасибо. — ответил Фаррелл без колебаний.

— Ну давай. — она провела длинными пальцами по его руке. — Мы так хорошо проводили время. Ты действительно хочешь бросить все так быстро?

— Меня это не особо интересует. — он продолжал улыбаться, когда выражение ее лица изменилось. — Что? Думала, это открытый кастинг на роль девушки Фаррелла Грейсона? Жаль разочаровывать тебя.

Ее удивление улетучилось, а в глазах вспыхнул гнев.

— Сволочь. Все, что говорят о тебе — правда.

Она вскочила с его колен и вылетела из приватной ложи, отдергивая занавесу, но ее руки и волосы запутались в ней, так ей хотелось уйти драматично.

Ему же лучше. Во всяком случае, он никогда не любил вкус рома.

Так как он был временно лишен водительских прав 4 месяца назад, Фарреллу пришлось привыкать к шоферу. Либо так, либо общественный транспорт — да и обоих родителей ужасала мысль о том, что Грейсон будет ездить на метро.

Это была не их вина, а полностью его. Объезжая на Порше дерево, он разбил машину, управляя автомобилем под воздействием алкоголя, с чем семейные адвокаты до сих пор разбирались, и как результат — попал в больницу с сотрясением.

«Тебе чертовски повезло, что ты никого не ранил.» — сердито проворчал голос его совести. Он звучал точь — в — точь как голос старшего брата Коннора. Всю свою жизнь он выражал такие перлы мудрости, хотел этого Фаррелл или нет.

Когда лимузин подъехал к точке назначения, Фаррелл, нетвердыми от количества выпитого ногами, подошел к зданию, где, по всей видимости, можно было снять жилье за низкую цену.

Отсюда и далее по улице несколько уличных фонарей были разбиты, погружая площадь без деревьев в темноту, отделившейся от света почти полной луны. Тени двигались к нему с левой стороны вдоль парковки, но он не обратил на них никакого внимания. Он не искал проблем — не сегодня.

— Жди здесь. — сказал он водителю.

Фаррелл поднялся по ступенькам и постучал в дверь квартиры, номер которой Адам указал в сообщении. Через минуту она со скрипом открылась.

— Простите, мы не заказывали ничего. — сказал парнишка с ухмылкой.

Фаррелл улыбнулся в ответ, затем толкнул дверь, распахивая ее и разорвав цепочку.

— Где мой брат?

Подросток качнулся назад.

— Эй, я просто пошутил немного. Я собирался впускать тебя, Фаррелл, да? Я — Питер. — он качнул головой в угол. — Это Ник.

Другой мальчишка, Ник, наблюдал настороженно за ними двумя, шагнув несмело назад, пока Фаррелл сжал руки в кулаки и двинулся угрожающе к первому мальчишке.

— Где Адам? — прорычал он. — Не заставляй меня снова спрашивать, иначе пожалеешь.