Пройдя по длинному коридору, я вышла в светлую комнату, где с одной стороны стояла большая витрина с различной едой, а с другой были несколько диванов и большой обеденный стол. Мой желудок жалобно свернулся и заурчал. Не помню, чтобы я когда-нибудь видела столько разнообразных блюд. Оглядевшись по сторонам и убедившись, что за мной никто не следит, я налила себе до краёв полный стакан напитка ярко-оранжевого цвета и положила на тарелку красивое пирожное. Где то в глубине души мне было стыдно, но ведь я никогда не видела такого, да и вряд ли ещё увижу. Жить мне осталось не долго. Я не была такой сильной, как сестра и прекрасно понимала, что меня наверняка прихлопнут как мотылька в первой же схватке.

При мысли об Играх по телу пробежала стая мурашек… Я плохо помнила отрывки из предыдущих, но то, что запомнилось, было довольно ужасающим… Везде кровь, девушки и парни с различным оружием, друг убивает друга из жажды победы.

Я тряхнула головой, пытаясь отогнать смутные мысли. Сейчас не время впадать в панику, и вчерашнего хватило. Страшно представить, что обо мне теперь все думают…

Я села у окна и начала уплетать лакомство, которое выбрала. Вкус был и вправду необыкновенным…

В коридоре раздался шум и через пару минут из соседней двери вышел мужчина. Выглядел он пугающий, грязная одежда и волосы, сильный запах спиртного… Я помнила его ещё с детства, когда друзья отца собирались в нашем доме, я ещё тогда его невзлюбила. А этого самого мужчину я видела впервые…

– Уже отошла, принцесса? – ехидно заметил мужчина, подойдя к подносу с напитками и плеснув себе в бокал янтарной жидкости.

– Кто вы? – тихо спросила я, отодвигая от себя пустую тарелку.

– Не хорошо отвечать вопросом на вопрос. Я Хеймитч, твой ментор.

– И что это значит?

– Если бы ты не была такой неженкой и вчера не устроила фонтан из слез в своей комнате, соизволив прийти к нам, то знала бы, - бросил он и залпом осушил напиток, сразу плеснув себе ещё немного.

Мне сразу стало стыдно за своё поведение. В горле начало першить от нарастающей паники и слез, которые вот-вот норовили политься из глаз… Но я не могла себе этого позволить. Сделав глубокий вдох и выдох, я отвернулась к окну и сосредоточилась на местных пейзажах.

Двери вновь раскрылись, и в комнате появилась дама, которую я видела вчера на сцене. На этот раз у неё на голове был ярко-синий парик, а малиновые длинные ресницы и бледно персиковая помада красовались на бледном лице ярким пятном. Она улыбнулась мне и, подойдя к Хеймитчу, стукнула его рукой по затылку, отбирая стакан из рук.

– Держи себя в руках, она ведь ещё совсем ребёнок! Не нужно так давить на девочку! – отчитывала она моего ментора.
– Для неё выпала такая честь, каждый мог переволноваться, правда, дорогая?
– уже глядя на меня, добавила она, подмигивая.

Наивные жители Капитолия полагают, что это шоу, праздник, представление как для них, так и для нас, трибутов, ведь нам выпадает великая честь быть звёздами на их веселье. Только вот они никогда не видели обречённые лица родителей и друзей, которые провожают со сцены Жатвы своих детей, потому как знают, что видят их в живую в последний раз, а через пару дней увидят их кончину собственными глазами.

Я не подала виду и улыбнулась ей.

– Меня зовут Эффи Бряк, Примроуз. А этот пьяница - твой ментор. В его обязанности входит подготавливать тебя к Играм и вести переговоры со спонсорами. Эти люди могут помочь участникам в трудную минуту. Но для этого тебе просто необходимо им понравится! Так что не раскисай раньше времени, улыбайся и возможно у тебя появится шанс.

Она больше успокаивала меня. По глазам этой дамы было видно только бесконечное сочувствие, да я собственно ничего другого и не ожидала…

Через несколько минут в вагоне появился и Пит. Он вежливо кивнул мне и, подойдя к витрине, набрал еды для себя. Спустя час мы вместе обсуждали концепцию нашего поведения… Эффи и Хеймитч ставили на Пита. Он был сильным и внешне хорошо выглядел, что могло привлечь внимание спонсоров.

Все это время в поезде Пит и Хеймитч смотрели внимательно прошлые Игры, пытались усвоить тактику поведения игроков, но мне было не до этого. После просмотров пары отрывком мне стало не по себе, поэтому пришлось уйти, чтобы избавить себя от ехидных замечаний ментора в мою сторону. Я ничего не понимала в оружии, да и сама мысль причинить вред человеку была просто ужасающей для меня. Я даже животное не могла обидеть, и не раз на охоте просила Китнисс отпустить ту или иную зверушку, что уж говорить о большем.