Первым работу окончил представитель звезды Альфарет из созвездия Пегаса — существо, похожее на стегозавра, каким его изображают в книгах по палеонтологии. Каждая из восьми пар его могучих конечностей, прикрытых костяными щитками, была строго специализирована — одна рыла, другая толкала, третья цеплялась за горизонтальные поверхности, четвертая — за вертикальные и так далее.

Для длинного, как жираф, нескладного денебца укрытие достраивали всем отрядом. При этом совершенно выбившийся из сил Иван вслух усомнился в целесообразности учений и в надежности воздвигнутых при его участии фортификационных сооружений. Сержант внимательно посмотрел на него, но ничего не сказал.

Собирая камни, Иван сделал для себя одно открытие — к расчищенному куску красной пустыни не вела извне ни одна дорога. Ничего похожего на посадочную площадку для самолетов, вертолетов или ракет также не имелось. Любые следы, удалявшиеся от плаца — а их отпечатки неплохо просматривались на подветренных склонах холмов и в ложбинах, — сделав петлю, в конце концов возвращались обратно. Дальше всех обычно уходил странный широкий след, который могли оставить штук десять связанных между собой веников. Трудно было даже догадаться, кому он принадлежал — живому существу или механизму. След этот имел еще одну особенность — он аккуратно повторял все изгибы наиболее крупных трещин.

Во второй половине дня, после обеда, ничем, впрочем, не отличавшегося от завтрака, сержант обрисовал в общих чертах сложившуюся на Марсе внутриполитическую обстановку.

Жизнь появилась здесь на полмиллиарда лет раньше, чем на Земле, и развивалась более быстрыми темпами. В болотах и лагунах голубой планеты еще квакали первые рептилии, когда ее старшая соседка уже вступила в технологическую эру. Примерно в этот же период на Марсе стала ощущаться нехватка воды. Сначала высохли открытые источники, потом иссякла влага в недрах. Сохранилась лишь та вода, что в виде снега и льда скопилась на полюсах. Каждые полгода, в определенный период, та из полярных шапок, которая оказывалась ближе к Солнцу, начинала таять, и вода по сети специальных коллекторов, проложенных под поверхностью планеты, устремлялась к экватору. Поскольку все попытки наладить ее разумное распределение заканчивались безуспешно, дележка стала осуществляться силой оружия. Стычки происходили регулярно два раза в год. Постепенно интервалы между ними сокращались, и война приобрела непрерывный характер. Само собой, марсианам уже некогда было думать о чем-то другом, кроме совершенствования средств нападения и защиты. Со временем все это пагубно отразилось не только на почве, атмосфере и растительном мире планеты, но и на численности местного народонаселения. Поэтому противоборствующие стороны прибегли к импорту военной силы с других планет Галактики.

— Начало таяния северной полярной шапки ожидается со дня на день, — сказал сержант далее. — В связи с этим всем необходимо соблюдать бдительность и дисциплину. Как только будет получен соответствующий приказ, отряд немедленно приступит к боевым действиям.

— И сколько примерно придется ждать? — спросил Иван.

— Приказ может поступить уже сегодня, а может и через дней двадцать-тридцать.

— Ничего себе! — сказал Иван. — У меня и так уже выговор за прогулы!

— Марсианская транспортная техника способна вернуть любого из вас не только в то место, откуда он был взят, но и в тот же самый момент времени.

Здесь сержант сделал глубокий вдох и уже совсем другим голосом объявил, что, по имеющимся у него сведениям, среди личного состава циркулируют слухи о том, что марсианские войны давным-давно окончились. Что сами марсиане якобы или поголовно вымерли, или, плюнув на все, удрали со своей проклятой планеты. Будто бы существующее положение вещей поддерживается сошедшими с ума штабными компьютерами, все еще функционирующими в недрах планеты, да корыстными побуждениями профессиональных наемников, греющих на этом деле руки. Однако все это наглая клевета и дезинформация. Лица, виновные в распространении подобных слухов, будут выявлены и строго наказаны.

— За этим я прослежу лично, — закончил сержант. — Вопросы есть? Нет. Разойтись. После перерыва всем заняться изучением личного оружия!

Сказав это, сержант удалился так быстро, что Иван даже не успел выполнить обещание, данное утром кенгуру.

Своего нового знакомого Иван разыскал в самом темном углу казармы, где тот, сидя на нарах, уныло тер тряпкой свое оружие — длинную и тонкую кочергу с параболическим излучателем на конце. Со сном кенгуру боролся следующим образом: на его шею была надета веревочная петля, свободным концом привязанная к перекладине верхних нар. Как только голова кенгуру начинала клониться вниз, веревка натягивалась, петля сдавливала горло и сон на время пропадал.

— Я не успел сегодня поговорить с сержантом, — сказал Иван. — Завтра я это обязательно сделаю.

— Хорошо, — сказал кенгуру покорно. — Спасибо.

— Может, ты понимаешь здесь что-нибудь? — Иван развернул инструкцию по использованию телепатического ружья.

Уходить Ивану не хотелось. Все же кенгуру был единственным существом, не считая, конечно, сержанта, с которым Иван перекинулся здесь хоть парой слов.

— Нет, — ответил кенгуру. — Иностранные языки у нас изучают только в высших школах. А я, до того как попал сюда, окончил лишь семьдесят три класса. Спросите у него, — кенгуру указал на верхние нары. Там восседала куча фиолетовых перьев, из которых торчала лысая голова с хищным клювом.

— Я был старшим библиотекарем на планете Шиддам, — прошипела фиолетовая птица, косясь на Ивана кроваво-красным глазом. — Хотя информация у нас регистрируется на кремниевых микроматрицах, я имел доступ в архивы, где хранились записи на коже, бумаге, ткани, черепашьих панцирях, деревянных дощечках, глиняных табличках и свинцовых листах. Таким образом, я изучил все основные языки Галактики.

Он ловко перелистал двупалой когтистой лапой голубоватые листки и углубился в чтение.

— Там должно быть что-то о неисправностях и их ремонте, — подсказал Иван.