И главный повар принялся за стряпню. Он перетирал поленья на громадных, тяжёлых камнях, разводил водой, клал разные приправы, процеживал и подсушивал. А когда каша была готова и оказалось, что это уже почти что бумага, её подхватили Папмашины, которые работали у Дефибрёра поварятами. Папмашины отжали все остатки воды и положили большие мягкие листы на блюда, чтобы подать их на обед Каландру.

— Скорее! Скорее! — подгоняли они друг друга, потому что Каландр терпеть не мог опозданий. Он не был злым, но требовал аккуратности.

— Не задерживайте меня! — закричал он и стал глотать листы один за другим, да так быстро, что за нНм не угнался бы и курьерский поезд.

— Ш-ш-ш… — только и успели сказать листы, как уже промчались через все шестнадцать валиков, которые заменяли Каландру зубы.

Теперь это была настоящая бумага, гладкая и немножко глянцевитая. Её закрутили в большой, толстый рулон, запаковали, отправили в типографию и напечатали на ней много всяких интересных вещей: журналы и газеты, календари и учебники, школьные дневники и театральные программы.

А кроме того, напечатали ещё и эту книжку…