Вы забиваете все вокруг низкокачественным и скоропортящимся читанином. А ведь нечто подобное ему люди производят и под воздействием кино, живописи, музыки и других искусств. Мы едва успеваем собирать и перерабатывать эту прорву читанина. А среди него становится слишком мало подходящего для нашего питания. Что уж говорить о размножении...

Гном вздохнул и покачал головой. Писатель Иванов потер ладонями лицо.

– Да уж, очень издалека ты начал. И пока у меня больше вопросов, чем ответов, - после долгой паузы произнес человек.

– Спрашивай, я отвечу на все, - сказал Старшой и присел на краешек ноутбука.

– Вы питаетесь качественным читанином, потому что состоите из него. Но зачем он вам для размножения?

– Ты чем слушал-то? Мы материальны, но состоим из сверхплотной энергии. Мы живые, но не биологические, как ты! И мы все - гномы. Гномих нет!
– снова напустился на человека Оптимист.

– Да, все так. Самый чистый, свежий и яркий читанин мы собираем в специальном месте. И когда его наберется достаточно - появится новый гном. Самый молодой среди нас сейчас - Мечтатель. Он появился два года назад. С тех пор ни одного читанинового гнома в мире не возникло. Читанин начинает скисать прежде, чем его наберется достаточно.

– Или мы его просто сжираем. Нас и так немало, - пробурчал оранжевый комбинезон из оранжевого мешка.

Старшой несколько раз кивнул.

– И чтобы хорошего читанина стало больше, мы решили помогать способным и хоть немного талантливым писателям, поэтам и журналистам писать. Книги и то, что вы называете новостями, пока наиболее производительны. От их прочтения идут самые сильные переживания и размышления.

– Как это - помогаете писателям? А разве это не работа муз?
– усмехнулся Павел Петрович. На него вдруг нашло скептическо-ироническое настроение.

– Эти старые греческие тетки? Да кому они сейчас нужны! Будто их кто-то еще помнит и воспринимает всерьез? Ха!
– Оптимист снова отвлекся от своих непонятных занятий для очередного замечания.
– И как одна Евтерпа сумеет оббежать всех поэтов мира, вздумавших посочинять лирические вирши? Сам-то подумай немного?

– Музы не всесильны, особенно сейчас, - продолжил Старшой.
– Когда-то, когда им поклонялись, делали приношения и упоминали в произведениях, музы были действительно сильны. Да и писателей с поэтами было куда как меньше.

– Да сейчас в каждом заштатном городишке одних поэтов всех мастей больше, чем во всей Древней Греции было!
– снова заворчал Оптимист. Искатель быстро утянул оранжевого коллегу за ноутбук. Оттуда еще некоторое время слышалось бурчание.
– Да тут муз нужно не девять, а десять... десять легионов! Вот тогда бы они... только мешают... Отстань, слива!

– Оптимист почти прав, - заговорил Старшой.
– И у муз со временем появились помощники. Можно назвать их Вдохновителями. Дать мощный импульс к созданию шедевра, что останется в веках они не могут. Но подсказать строчку, удачный сюжетный ход или тему вполне способны. Тоже верно и для других видов искусств.

– И что, весь этот легион Вдохновителей тоже питается читанином?
– с интересом спросил Иванов.

– Нет конечно!
– посмотрел на человека как на говорящее бревно гном в зеленом.
– На всех бы его не хватило. У них свои источники сил. Слышал, говорят о чем-то "сделано с душой"? Или что автор вложил душу в свое творение? Так вот, часть вложенной в произведение энергии души, разума и сердца автора идет музам и Вдохновителям. Достается им ее тем больше, чем сильнее автор опирается на вдохновение и творческую интуицию, чем более сильные эмоции испытывает при работе.

Вот и получается такая картина: музы и Вдохновители помогают авторам творить и получают часть их созидательной силы. Читатели, слушатели, зрители и прочие производят читанин и ему подобные энерго-эмоциональные субстанции. Мы питаемся читанином и не даем людям загадить то, что некоторые назвали бы энергетическим полем планеты.

Но есть проблема. Очень много всего люди создают ради денег, секундной забавы, злой шутки или просто, как мусор. Разбрасываются письмами, сообщениями, картинками, зачастую без смысла и особой цели. Это ваш новый способ общения. Он засоряет и вашу жизнь, и нашу.

Вдохновители слабеют без энергии авторов, творящих по велению сердца, ради выражения своих мыслей и чувств, ради передачи жизненного опыта или знаний в чистом виде. Тех авторов, которые в последнюю очередь думают о деньгах и славе, для которых радость создания нового произведения выше его рыночной стоимости. Нет, то что талантливый автор имеет и коммерческий успех не портит его силу или читанин от его книг. Если только принимаясь за работу он не думает, что напишет о чем-то только потому, что это хорошо продается.