Резкий удар по кадыку, и любопытный мужик, обиженно хрюкнув, упал на землю.

– Помоги! – приказал Гарик, беря охранника за руки.

Что это действительно охранник, было видно по полувоенной форме, наручникам, болтавшимся сзади, и электрошоковой дубинке в руке.

– Раз! Два! Взяли! – шепотом скомандовал Гарик.

На счет «Взяли!» охранник взлетел высоко в воздух и, перелетев через живую изгородь, звучно шлепнувшись на землю.

– Не отставай, Клим! – приказал Гарик, с завидной ловкостью взбираясь по веревочной лестнице.

Клим не стал спрашивать, куда они лезут, и со сноровкой палубного матроса быстро полез следом. Едва Клим взялся за раму окна, как сильные руки схватили его за плечи и резко втащили в комнату.

Оглядевшись, Клим обнаружил, что находится в квадратной ванной комнате. В правом углу прозрачная пластиковая перегородка душевой кабины, из сетки которой текла вода. В левом находился ярко-красный высокий унитаз, а рядом низенькое черное биде. Клим невольно улыбнулся. На унитазе сидел Гарик и нетерпеливо постукивал ногтем по стене, облицованной белым кафелем.

– Оставь свой нож в номере! – предложил Гарик, глазами показывая на стеклянную полочку.

– Не могу! Это мой талисман! – быстро ответил Клим, отступая на шаг к стене.

Молодой блондин, втащив веревочную лестницу в окно, смотал ее и вопросительно посмотрел на Гарика. Последовала короткая фраза на незнакомом языке. Блондин скатал лестницу в рулон и аккуратно положил ее в ванну, стоящую справа от душевой кабины. Закрыв сливное отверстие, блондин выпрямился и снова нагнулся. В руках у него оказалась пятилитровая канистра с прозрачной жидкостью. Открыв емкость, блондин быстро вылил в ванну всю канистру. По комнате распространился слабый сладковатый запах.

Зазвонил мобильный телефон. Короткий обмен фразами на том же незнакомом языке, и Гарик повелительно махнул рукой в сторону двери.

Блондин снова нагнулся над ванной и взялся за цепочку, которая крепилась к пробке сливного отверстия. Клим перевел взгляд на ванну и оторопел. Жидкость там была абсолютно прозрачной – веревочной лестницы в ванной уже не было.

Проходя через большую комнату, Клим обнаружил в ней трех девушек, живописно раскинувшихся на огромной кровати. Одежды на девушках не было. На блондинке была золотая цепочка, а на ноге брюнетки тяжелый серебряный браслет. На негритянке большие, размером с чайные блюдца серьги.

Подхватив со стола бутылку виски, Гарик щедро плеснул им в Клима и блондина, а сам, подняв бутылку, сделал приличный глоток, демонстрируя истинно русские привычки.

– Быстро, но не суетясь, идем в бар и сидим там часа полтора, если, конечно, не выгонят! – сказал по-английски Гарик и быстро взглянул на Клима.

– Как прикажешь, шеф! – живо ответил Клим.

Отдав честь на манер американских солдат, приложив два пальца ко лбу, Гарик первым сделал шаг к двери.

Резво, но не спеша, троица прошла по широкому коридору, где Гарик своим ключом открыл последнюю дверь и остановился перед ней, бросив взгляд по сторонам.

Перед троицей оказалась узкая лестница, выкрашенная ярко-синей краской. Махнув рукой, Гарик приказал спускаться, а сам начал возиться с дверью.

Спустившись на два пролета, блондин толкнул широкую дверь, и они оказались в коридоре второго этажа.

Веселый дом поражал своей чистотой, тишиной и благопристойностью. Несмотря на самое «рабочее время», с точки зрения Клима, который первый раз за всю жизнь был в подобном заведении, коридоры дома были абсолютно безлюдны, ни из-за одной двери не доносились пьяные крики и ни одна работница «постельного труда» в неглиже не бегала по коридору. В доме было тихо, как на дорогом кладбище.

Клим почувствовал разочарование.

Публичный дом, в понятии Клима, должен был быть полон полуголыми красотками, пьяными клиентами, которые прямо в коридорах занимались сексом в извращенном виде. Ничего этого не было.

Цепочкой пройдя по коридору, они оказались возле высокой балюстрады, где Гарик остановился. Вокруг по-прежнему было тихо. Зыркнув по сторонам, Гарик махнул рукой.

Клим не стал задавать вопросы, полностью положившись на старого приятеля.

Спустившись по широкой, застланной ковром лестнице, троица попала в вестибюль, но не стала заходить в него, а свернула направо, где прямо под лестницей обнаружилась дубовая дверь, окованная узорчатыми медными полосами.

«Прямо купеческая дверь!» – про себя прокомментировал Клим.

Дверь, несмотря на свою массивность, бесшумно отворилась, и перед Климом предстал еще один широкий коридор.

Бар и ресторан, о чем свидельствовала светящаяся вывеска, находились на первом этаже здания.

Из двустворчатых дверей доносилась громкая музыка и вкусные запахи, а вот дверь справа привела их в бар.

Пласты дыма плавали в помещении, похожие на слоеный пирог. Гарик, видимо, не в первый раз посещал подобные заведения и сразу взял бразды правления в свои руки.