Шрифт:
Например, столкнуть их с сыном лбами.
Задержать у себя старших Сакураев ничего не стоило, поэтому когда Синдзи все же приехал за обещанными приглашениями в ее онсэн, она просто послала слуг их позвать. Скрывать, кто у неё в гостях, не стала, все равно при ней ничего важного сказано не будет, а вот когда они останутся наедине, она озаботится, чтобы узнать, о чём будут говорить. Уже озаботилась. И пусть ее онсэны славятся своей приватностью, сделать исключение для конкретных посетителей - почти врагов - она не постесняется. По большому счету, Атарашики плевать на их планы, но вот взаимодействие с сыном и его к ним отношение - уже другое дело.
Когда они вошли в ее комнату, Синдзи даже ухом не повел, видимо, посчитал вошедших слугами, да даже если и нет, это же Синдзи. Но всего через несколько секунд тишины парень очень характерно - для нее - повел головой. Обычно он так делает, когда начинает раздражаться. Интересно, чем вызвано это его раздражение. Похоже, еще одно подтверждение, что мальчик не любит, когда у него за спиной стоит кто-то неизвестный. Стоит и молчит. То, что это не слуги, он, похоже, сообразил очень быстро.
– Синдзи?
– произнесла Этсу, держа руки у груди. На публику играет, стерва.
– Сын...
– почти пробормотал Рафу.
А вот он действительно немного растерян и не знает, что сказать.
После такого парень не мог не оглянуться, но бросив на них быстрый взгляд, вновь повернулся к Атарашики. И выдал фразу, которой, благодаря все той же Кагами, старая женщина сразу прониклась. При ней он, кстати, раньше такого ни разу не произносил.
– У вас здесь можно закурить, Аматэру-сан?
Глава 1
– Нет, - ответила карга старая, спрятав усмешку за очередным глотком чая.
Но я, итить ее из-под ржавого винта, заметил. Я вообще парень глазастый.
Мысли прыгали, как стрелка сейсмографа во время землетрясения. Скорость моей думалки увеличилась в разы, и я чисто на автомате активировал Фокус. Я не знал, что делать. Я не понимал, что делать. Слишком много вариантов, слишком мало информации. Что, мать вашу, делать? Все спокойствие моей жизни, каким бы оно ни было, летит в тартарары. Сегодня парочка моих родителей пришла к Аматэру, а завтра придёт к Кояма. Да старуха сама расскажет про них Кенте, и кто поручится, что он не решит с ними побеседовать? Даже если бы старик каким-то чудом нашел письмо, оставленное в момент, когда меня бросили, даже в этом случае было бы проще, чем сейчас. Я же несовершеннолетний! Пусть Шидотэмору задолбаются выбивать из меня даже они, но ведь могут просто отдать клану Кояма. Оформить на них опеку, отказаться от родительских прав - и все, амба! И пусть клятвы от меня никто не получит, но чисто юридически я буду принадлежать Кенте. До совершеннолетия, правда, но мне и этого за глаза хватит. С их возможностями я не поручусь и за то, что Шидотэмору удержать смогу. Про такую ерунду, как поход в Малайзию, и говорить нечего. Практически крах шестилетней работы. Когда все начиналось, когда я только собирал свою финансовую, так сказать, империю, я рассчитывал на противостояние только с родителями, про то, кем являются мои соседи на самом деле, я узнал слишком поздно. Да и после поляка Войцеха я как-то не рассчитывал, что эти ушлепки заявятся сюда лично, думал, самому придется к ним ехать. А теперь... Вариант, в общем-то, один. В то, что они пойдут мне навстречу, я как-то не верил, а значит, остается только ликвидация. И как можно скорее. Сегодня, максимум завтра. Переговорить с ними, - так как иначе всё равно не отстанут, - заодно и информации побольше собрать - а то мало ли - и валить отсюда.
– Понятно, - расслабился я в кресле.
– Жаль.
Не раз у меня проскакивала мысль устроить себе эмансипацию, но нынешний статус был таким удобным...
– Синдзи, сыночек, - подлетела ко мне Этсу, принявшись обнимать.
– Как же ты вырос.
Очень хотелось отвесить ей короткий апперкот, благо из этого положения было удобно, но не устраивать же потасовку перед старухой. Тем не менее...
– Будь любезна отпустить меня, женщина, - произнес я холодно.
– Синдзи...
– чуть отстранилась она.
– Вы свое право обнимать меня упустили шесть лет назад, - усмехнулся я все так же отстранённо.
Сейчас, поди, начнут отмазываться, что забирать меня с собой было слишком опасно.
– Не будь к нам слишком строгим, сын, обстоятельства нашего ухода были совсем не так однозначны, как тебе кажется, - подошел ближе Рафу.
– В отличие от итога, - ну и раз уж он любит выдавать подобные перлы: - Давайте не будем вдаваться в полемику, которая уже никак не повлияет на мое к вам отношение. Судя по тому, что вы не стучались, вы оказались тут не случайно, но я все же попросил бы вас ненадолго удалиться - у нас с Аматэру-сан деловой разговор, не предназначенный для посторонних ушей.
– Синдзи...
– хотела что-то сказать Этсу.
– Аматэру-сан, - перебил я, подняв руку, - мне кажется, или вас перестали уважать в собственном доме? Врываются без стука, разговор прерывают. Кто здесь вообще хозяин?
Понятное дело, что все происходит с ее подачи, но на такое она не может не отреагировать.
– Выйдите, - произнесла она, добавив в голос стали.
И они послушались. Не мгновенно, конечно, помялись, но вышли. Я бы удивился, будь иначе.
– Ты, старая, совсем совесть потеряла, - заговорил я через несколько секунд после того, как закрылась дверь.
– О таких вещах предупреждать надо.
– Я и предупредила, - усмехнулась она.
– Обе, блин, стороны! Вот ведь...
– потер я лоб.
– Ты даже не представляешь, какие проблемы они принесли мне своим появлением.
– Поделишься?
– поставила она чашку на столик рядом с собой.
– Пять минут назад, может, и поделился бы, а так - сам разберусь.
– Эм...
– начала она.
– Давай сюда приглашения, о контракте...
– запнулся я.
– Даже не знаю теперь.
– Молодежь часто преувеличивает свои проблемы, - произнесла Аматэру.