– Понял! С вином тебе надо завязывать! – заявил благодарный слушатель, который, по-видимому, решил умственно сравняться со своим приятелем-рассказчиком и потянул его кружку на себя.

– Не-не… не это!
– воспротивился пьяница то ли вероломному захвату своей кружки, то ли финалу истории, до которого он безуспешно пытался ее довести.
– С вином… Свино… Опа-опа… Опоросившейся свиноматки! Со свинопасеки! Вот так они визжали!
– и пьяница изобразил неприличное животное настолько истошно, что Гаузену пришлось слегка прочистить уши.

– И впрямь, визжит, как будто его режут, - ухмыльнувшись, произнес тощий тип за столом, на который Гаузен избегал поворачиваться.

– Комары что ли?
– догадался собутыльник рассказчика.

– Ну да они, они самые! Целую тучу я тогда их перебил, – похвастался тот.

– Ну ты и врун, - подумав, осудил собеседник болтуна, от разочарования несколько ослабив хватку на спорной кружке.
– Где же им тучам быть, когда у нас во всей округе ни одного завалящего болотца не сыскать?

– Ну, если так, - уязвленно отозвался первый пьяница.
– Если ты называешь меня вруном, да еще при всем народе, то тогда… - еще сильней повысил голос обиженный выпивоха, приподнялся на стуле и с вызовом посмотрел на усомнившегося приятеля. В затхлом воздухе таверны запахло скандалом. Рассказчик же, пользуясь тем, что его непосредственный слушатель отвлекся, ловко вернул свою кружку, и, не скрывая радости, поднял ее вверх.
– Тогда выпьем же за мою брехню… единственную и неповто… неповтор-римую в своем роде!

Гаузен вздохнул с облегчением. Только потасовки ему и не хватало. Хотя он даже и не знал, что было бы лучше – вернуться к Леканту с пустыми руками или с набитой мордой? Прокрутив в памяти без труда добытые сведения, юноша отметил, что, скорее всего, в округе нет болот и чудовищ, которые могут помешать строительству. Но тут же прикинул, стоит ли ему доверять какой-то спившейся деревенщине?

«Как говорится, одна голова хорошо, а две пьяных – ничего хорошего» - рассудил Гаузен и продолжил вырывать крупицы смысла из общей неразберихи людских голосов.

У окна он заприметил двух посетителей ученого вида. То, что они как все не взяли себе выпивки, выдавало их с головой. Кроме того, их разговоры пестрили разного рода премудростями. Сам Гаузен поначалу не обратил на книжников внимания, считая их чересчур заносчивыми и занудливыми. Но после только что услышанного потока бреда юноша решил на время перебороть свою давнишнюю неприязнь:

– Послушай-ка шутку! Заходит скелет в питейное заведение и просит: Мне кружку вина и тряпку!

– И что из этого следует? – не понял собеседник.

– Что-что? Ты себе представляешь, как он напьется?
– давился от смеха рассказчик.

– Да вот и я о том же! Впервые слышу, чтобы мертвые что-то пили, - недоумевал его приятель.
– А тряпку зачем? Что он там собрался себе прикрывать? У него же ничего нет!

– Ну а ты представь! Он ведь кости себе замочит! – пытался объяснить по-человечески любитель веселых историй.

– Кости? Мало того, что он пьющий, так еще и азартными играми увлекается! Совсем нежить распустилась! Ну что за поколение пошло! – начал громко жаловаться слушатель, от которого смысл шутки ускользал все дальше и дальше.

– Да при чем тут это?! – начал выходить из себя рассказчик, пытаясь наглядно показать, в чем тут соль.
– Вот скелет! Вот таверна! Вот он заходит…

– Я все понял, - неожиданно заявил недогадливый до сих пор слушатель.

– Что понял? – спросил рассказчик, уже отчаявшийся донести истину.

– Знал я одного типа, так он до смерти боялся скелетов… - издали начал собеседник.

– И что с того? – не понял рассказчик.

– Я же сказал – до смерти. Когда он увидел скелета, то первый же испуг стал для него последним. Так что скелету выпивки бы никто не подал. Все бы умерли от страха. Ведь так? – подвел черту слушатель, судя по голосу, полностью уверенный в собственной правоте.

– Не так! Все не так!
– не выдержал рассказчик и сорвался на крик.
– Вот! – схватил он кружку с водой, и, делая вид, что собирается из нее выпить, пролил ее мимо рта.
– Вот как бы все вышло! Теперь понял?!

– Кружка была у скелета дырявая что ли? – удивился слушатель.

– Черепушка у тебя дырявая!
– не выдержал шутник и замолчал.

«Этот разговор скверно пахнет» - подумал Гаузен. – «Только всякой нежити мне здесь и не хватало».

Юноша попытался еще чего-нибудь подслушать, но посетители как будто сговорились и болтали о разных пустяках.