По дороге прошу остановиться возле киоска и покупаю папиросы. В руках предупредительного капитана тут же появляется импортная зажигалка. Сервис по высшему разряду.

Через несколько минут мы подъезжаем к управлению. В вестибюле оживленно, на стене укреплен поздравительный плакат. Совсем из головы выскочило – ведь сегодня наш праздник.

Тимур провожает меня к начальнику управления подполковнику Ерфилову. В кабинете кроме него находится атлетического сложения мужчина лет двадцати восьми-тридцати. При нашем появлении разговор умолкает. Подполковник закрывает какую-то папку и приподнимается из-за стола.

– Модест Романович. А вы, если не ошибаюсь, Александр Яковлевич Голиков?

– Да.

– С приездом! Вот познакомьтесь, – кивок в сторону атлета, – следователь Тихоньков. Он занимается интересующим вас делом.

– Андрей, – сдержанно представляется Тихоньков Ну и рукопожатие у этого парня!

– Номер в гостинице забронирован, можете от дохнуть с дороги. Или сразу с корабля на бал? – продолжает проявлять повышенное внимание к моей персоне начальник управления.

– С вашего разрешения хотелось бы ознакомиться с имеющимися материалами.

– Нет проблем. Андрей, поручаю тебе нашего гостя. Если что-нибудь потребуется с моей стороны, обращайтесь в любое время.

Мы выходим в коридор. Достаю папиросу и тут же замечаю предостерегающую табличку «Не курить!».

– Давайте перейдем ко мне, – предлагает следователь. Голос у него по-ребячьи звонкий, не вяжущийся с внушительной фигурой.

– Самбист?

– Чемпион края, – не без гордости сообщает Тихоньков.

В кабинете Андрей достает из сейфа несколько увеличенных фотоснимков, протокол осмотра места происшествия и заключение судмедэкспертизы. Внимательно рассматриваю фотографии. Да, с установлением личности проблем не будет.

– Он? – негромко спрашивает Тихоньков.

Настает моя очередь показать фотографии, которые мы взяли у матери Тюкульмина. Андрей быстро берет снимки, пристально вглядывается в улыбающееся лицо, обрамленное длинными волнистыми волосами, и бросает карточки на стол.

– Он!

Изучаю заключение экспертов. Так, внутреннее кровоизлияние вследствие удара при падении, многочисленные переломы, ушибы и трещины… повышенное содержание алкоголя в крови… наличие в легких воды, что свидетельствует…

– Скажите, Андрей, вы лично осматривали место происшествия?

– Конечно! – светлые брови следователя недоуменно ползут вверх.

– И у вас не возникло никаких сомнений по поводу причины падения? Может, вас что-либо насторожило?

– К чему вы клоните, Александр Яковлевич?

– Я просто хочу сказать, что ярлычок «несчастный случай» приколоть к делу легче всего.

– Приколоть? Оригинальная мысль!

– К сожалению, не слишком оригинальная.

– Вы намекаете, что я халатно отнесся к выполнению служебных обязанностей?

– Андрей! Давайте воздержимся от взаимных упреков. В зависимости от предпосылок, одну и ту же ситуацию можно расценивать по-разному. Даю вводную: на Рассвете девятнадцатого октября в нашем городе происходит преступление, вечером того же дня некто Анатолий Тюкульмин спешно покидает город, даже не предупредив мать, а утром двадцать первого октября почти за тысячу километров от Верхнеозерска находят человека, который якобы случайно упал со скалы в воду и разбился. Как выясняется, погибшим оказался именно Тюкульмин. Вопрос: убедительно ли звучит формулировка «несчастный случай»?

– Да, но ведь у нас не было оснований рассматривать в таком ракурсе это происшествие, – оправдывается Тихоньков. – Тем более, внешних признаков насилия или борьбы мы не обнаружили ни на теле потерпевшего, ни на скальной площадке, с которой он сорвался в воду. А в качестве кого, если не секрет, вас интересовал погибший?

– Вот в чем загвоздка – я сам хотел бы это знать.

– Так, – моментально воспламеняется Андрей, – с чего мы начнем?

– Я думаю – с осмотра той самой крутой скальной площадки.

И вот мы идем по полупустым улочкам, где фасады приземистых домов оплетены диким виноградом, а маленькие опрятные изгороди неуверенно петляют вдоль протоптанной земляной дороги, оканчивающейся длинным пологим спуском. От машины я отказался наотрез, сославшись на гиподинамию. Тихоньков о ней, вероятно и не слыхивал, поэтому посматривает на меня с уважением.

Ага, вот и тропинка, ведущая к прибрежным скалам. Чуть поодаль виднеются эвкалипты, придающие пейзажу неповторимый колорит.

– Это не единственный способ попасть на место происшествия, – поясняет на ходу Андрей. – В принципе там можно оказаться, преодолев массив со стороны кукурузных полей, что исключается, если учесть количество спиртного, принятого потерпевшим.