Шрифт:
– Но вы ведь будете приезжать в гости, правда?
Арджун широко довольно улыбнулся.
– Конечно.
А вот Брендон радовать не спешил:
– Ты ведь не ожидаешь, будто я стану тратить на тебя свое время?
Как будто оплеуху получила. Хотя чего ожидать от Паука объятий и заверений в вечной дружбе?
– Его дядя Дэн на порог не пустит, – с ехидной усмешкой пояснил Солнышко.
Фелтон даже позеленел от злости.
– Большой брат!
Арджун пожал плечами.
– А нечего портить Джейн настроение.
Вечером я собирала чемодан, поэтому легла спать очень поздно, да и заснуть сразу не удалось: слишком много мыслей роилось в голове. Когда же все-таки удалось забыться, снилась какая-то бессвязная ерунда. Я от кого-то бежала с кем-то спорила, искала кого-то. Какой-то сплошной калейдоскоп видений...
Когда я почувствовала прикосновение чужих губ к своим, то совершенно не удивилась такому повороту сна. Сна или яви? На Солнышко не было похоже, наяву он бы точно не стал приходить в мою комнату… Да и вообще… Он ведь никогда не пытался меня по-настоящему поцеловать. Даже обидно немного было, но…
Интересно, а в реальности Арджун целуется так же хорошо? Вот бы так и оказалось.
По телу разливалась приятная истома. Какой же все-таки замечательный сон… Я закинула руки на шею Арджуна, притягивая его ближе. Только бы не уходил…
Утром, увидев на подушке белую розу, я с благоговейным ужасом поняла, что… что Солнышко действительно пробрался ночью тайком ко мне в спальню, только ради одного поцелуя. Страшно было даже представить, что бы могли устроить Арджуну взрослые, узнай они о таком поступке. Они все настолько старомодные… В особенности, леди Элизабет.
Я взяла цветок в руки вдохнула тонкий аромат. Никогда прежде не дарили мне цветы. Ни разу в жизни. И тут белая роза. Нужно будет узнать, что означает белая роза. В жизни не поверю, будто здесь нет никакого смысла.
За завтраком Солнышко держался совершенно как обычно. Должно быть, он не желал, чтобы кто-то заподозрил о ночном происшествии. И правильно. Не стоит вызывать у взрослых подозрения. Я тоже старалась вести себя как обычно, хотя щеки то и дело горели.
Первый поцелуй… Даже обидно было, что я толком даже ничего не поняла. Надо будет потом высказать Арджуну, когда появится возможность. Папа до самого отъезда не отходил от меня, и поговорить с моим парнем не удалось.
Ну да ладно. Мы же не навсегда расстаемся. И хоть было немного грустно, что теперь нам придется жить в разных местах… Но я отправляюсь в свой дом со своим отцом! Это ли не счастье?
На прощание Солнышко обнял меня и пообещал, что будет проводить у нас столько времени, что мой отец начнет на него ругаться.
Папа только рассмеялся и заявил, что Арджуна он видеть будет рад всегда и выставлять за дверь точно не станет.
А вот Брендон проводить меня так и не вышел, хотя миссис Стоцци ему и разрешила.
Вот же гад. Но такой поступок был вполне в его духе.
Когда машина уже выехала за ворота поместья, я оглянулась и с грустью посмотрела на провожающих.
– Мне было с ними очень хорошо, папа, – тихо сказала я.
Отец погладил меня по голове.
– Родственники у нас с тобой замечательные, это верно. Но теперь все будет еще лучше.
В этом я и не сомневалась.
Эпилог
Брендон стоял за деревьями, там, где его гарантированно не могли увидеть от дверей, и смотрел вслед уезжающему автомобилю с привычной каменной мордой. Но Александр успел достаточно хорошо за жизнь узнать своего брата, чтобы определять оттенки эмоций Брена в любой ситуации. Вот сейчас, к примеру, это была страдающая каменная морда. Чуть иначе подняты уголки рта, чуть другой прищур – и для Лекса все стало очевидно.
– Ну и какого черта ты творишь, а? – спросил Александр у брата.
Стало понятно, что Брена расстроил отъезд Джейн, и сильно расстроил. Но как всегда великий и ужасный Паук Фелтон счел ниже своего достоинства пытаться вмешиваться.
– О чем ты? – равнодушно поинтересовался старший сын Френсиса Фелтона.
Лекс закатил глаза. Все как всегда. Брендона исправит только могила, и то не факт.
– Ты не хотел расставаться с Лестер. Это очевидно. Ты что, влюбился в эту дурочку?
У Брена как будто бы дернулась щека.
– Ты что несешь, а? – недобро поинтересовался он у младшего брата. – Я – и вдруг влюбился? Да еще и в сиротку? Ты что, выпил? Имей в виду, мама за такое по головке не погладит.
Значит, точно запал на дуреху Джейн. Обычно Брендон даже не снисходит до оправданий.
– Вот только мне-то врать не нужно. Учитывая, как она себя вела… Да ты за меньшее протаскивал через все круги ада! Но нет, сиротке ты спускаешь все и даже больше. Позволяешь ругаться с собой. И ты проводил с ней столько времени… Даже не пытайся мне врать, что ты терпел Лестер только из-за Арджуна.