Утро четвёртого дня было хмурым и серым, солнечные лучи не могли пробиться сквозь толщу облаков, и только сиренево-оранжевая полоска на небе указывала, что там восходит солнце, тщетно пытаясь своим ярким светом озарить новый день. Ветер слабел с каждой минутой, и ход корабля стал заметно слабеть, паруса к полудню обвисли, начался полный штиль, и движение корабля вперёд прекратилось. В воздухе морило, в груди спирало дыхание, настроение команды было мрачным и унылым.

Принц понимал, что это затишье перед бурей, давление на барометре неуклонно падало, на западе тучи сгущались и небо темнело. Нужно было готовиться к сильному шторму, что не было редкостью в это время года в данных широтах. Капитан приказал свернуть все паруса, и закрепить их как можно крепче, проверить крепление всех спасательных шлюпок и груза на палубе и в трюме. К вечеру, когда все приготовления к шторму были выполнены, ветер резко начал усиливаться и вскоре волны с силой начали раскачивать корабль, бить в борта и солёные брызги полетели на палубу. В небе зашумело и загудело, ветер со свистом пытался с рей сорвать паруса, наступала ночь и чёрная темнота проглотила корабль. Видимость была минимальной, осветить корабль фонарями в такой шторм не было возможности. Принц Марк сам встал к штурвалу и поставил корабль носом к волне, судно успешно справлялось с качкой, прыгая с одного гребня на другой. Всю ночь корабль мотало как скорлупку грецкого ореха, но благодаря принятым мерам и мастерству капитана борьбу со стихией добротный корабль выдержал достойно.

Утром шторм заметно стихал и вот, наконец, прозвучала долгожданная команда:

– Поднять паруса. Качка ещё продолжалась, но матросы смело забрались на реи и по команде подняли часть парусов и корабль сразу начал при довольно сильном ветре набирать ход. Оставалась одна проблема, – определить точное своё местонахождение, было понятно, что течением во время дрейфа и шторма судно сильно снесло от намеченного курса. Трудность состояла в том, что за толстым слоем тёмных облаков совершенно было невозможно определить точку стояния солнца, потому астролябия была абсолютно бесполезна.

Капитан вёл судно по компасу на север-запад, руководствуясь больше своим опытом и интуицией, он понимал, что с учётом ветра во время шторма и течения корабль снесло к югу от курса за ночь примерно на сто миль, не более. Поэтому шли малым ходом на малых парусах, чтобы не уйти далеко от проложенного маршрута. Нужно было дождаться хорошей погоды и определить где солнце или дождаться появления звёзд на небе. Ближе к полуночи в выси кое-где стали появляться на мгновение звёзды, но тут же пропадали за облаками, и не давали время на проведение точных расчётов места нахождения по карте. Только, когда уже приближалось утро, и вот-вот должен был забрезжить рассвет, принцу удалось с трудом определить на карте своё местонахождение и проложить новый курс, а утром, когда взошло солнце уточнить его. Это дало возможность поднять все паруса, и корабль снова уверенно пошёл вперёд полным ходом. Настроение команды улучшилось, матросы весело балагурили и шутили между собою, рассказывая весёлые морские байки.

Одинокие облака, сбиваясь в кучки, на небе образовывали занимательные фигуры, неслись, подгоняемые морским ветром с огромной скоростью навстречу, идущему под всеми парусами кораблю. Вскоре в небе появились чайки, своим пронзительным криком извещая, что где-то впереди рядом уже земля. Сомнений у принца не было, что это мог быть только тот самый остров, к которому они плыли. Уверенность в этом придавало и то, что на картах, которые ранее имелись на корабле, в этих широтах не было обозначено ни одного островка на сотни миль вокруг.

– Да, это был тот самый таинственный зловещий остров, про который ходили легенды, – был уверен принц.

Земля! – наконец, прозвучал громко радостный голос смотрящего с мачты вперёд вахтенного матроса. Принц поднёс к глазам подзорную трубу и увидел на горизонте тоненькую зелёную полоску суши. Он не ошибся и, не смотря на вчерашний шторм, смог установить правильный курс и нашёл этот остров. Возбуждение команды возросло, всем не терпелось скорее увидеть своими глазами то неведомое и необъяснимое, то, про что знали только из легенды. Странное волнение охватывало каждого от предчувствия предстоящей встречи с этой волшебной тайной.

Медленно зелёная полоска превращалась в видимую невооружённым глазом обозримую сушу густо покрытую зеленью, сквозь которую местами выступали скалистые острые отроги, издали похожие на башни крепости, по всем приметам остров показался команде необитаемым.

Признаков присутствия на нём людей не было: ни кораблей вблизи, ни маленьких лодочек не видно даже близко, только стаи чаек бродили по пляжу, чувствуя себя полными хозяевами этого неведомого людям кусочка земли на бескрайних просторах Синего моря.

Лес кругом стоял дремучий,

Не обычный дикий лес,

На дубу одном могучем

Располным-полно чудес…

Остров был действительно необитаем, на нём не было людей, и вообще этого острова когда-то не было, и не могло быть, пока его не сотворил себе сам посланник чёрных небесных сил с шестьсот шестьдесят шестой планеты Млечного пути. Среди скал, в недрах земли он устроил себе жилище и хранилище для энергии зла, и был его единственным обитателем.