Энди осталась за столиком, провожая грустным взглядом своих “летучих мышей”. Стрелки старомодных часов на стене давно миновали полночь, знаменуя, что ждать развязки осталось всего три ночи.

====== 36. “Чрезвычайное происшествие”. ======

– Мисс Норден, где же вас угораздило? – засуетилась мадам Помфри, отыскивая ранозаживляющую мазь в недрах шкафчика. Заклинания на немагические раны не действовали, а флакончик восстановительного Снейп выдал девушке по дороге.

Сейчас она с улыбкой опиралась на его плечо.

– Северус, у нас же мазь есть в кабинете, на той неделе варили.

– Тебе нужно было к врачу, – отмахнулся он. – Мадам Помфри, не слушайте возражений. Я выйду, пожалуй.

Едва он вышел, улыбка с лица его коллеги сразу исчезла, и она с шипением сдерживая маты медленно доковыляла до стула.

– Всё храбритесь, мисс Норден, – возмутилась лекарь, – похвально, конечно, только ни к чему.

– Вовсе нет, просто не хочу, чтобы он волновался.

Колдоведьма сняла жгут и полила рану каким-то раствором.

– Фсссссс, Мерррлиннн, за что, – выдохнула Нина, но смирилась.

Края раны сразу стянулись под действием мази, осталось только болезненное ощущение, и Нина изобразила радость, выходя в коридор.

– Мои мучения закончились, – обратилась она к Снейпу, опираясь на его плечо без особой на то причины.

Он проводил её в спальню, вызвал домовиков, чтобы принесли поесть, и ушёл в душ.

– Тебе лучше лечь и вытянуть ногу.

– Ладно, что не протянуть их обе, – буркнула Нина, устраиваясь на кровати. Лёжа трудно быть серьёзным, да и спать уже хотелось, а надо было обсудить события. До прихода зельевара она успела всё обдумать.

– Итак. У нас имеются: старичок-маразматик в школе, ещё один в больнице Мунго, завтра сюда заявится Амбридж, плюс мы ничего не сделали и не узнали, – девушка позволила себе тяжёлый вздох.

– Почему же, моя кладовка ингредиентов пополнилась ядом одной чудесной змеи.

– Ты её грохнул? Отлично, хоть что-то! Теперь она точно не убьёт тебя в будущем.

– Лишь бы Люциус не убил меня в настоящем.

– А зачем Амбридж здесь будет?

– Без понятия, это к Фаджу.

– Может, у Фаджа тоже побывал наш дедушка?

– Который из них?

Нина рассмеялась, ударив кулаком подушку.

– Сама боюсь предположить.

– Давай уже спать, а то этот ужасный день никак не закончится. Хотя скоро уж ночь закончится... – Северус погасил факелы на стенах, скинул мантию и устроился рядом с Ниной. Он сам себе не хотел признаваться в том, что очень соскучился по их спокойным будням здесь, в привычном подземелье, по тихой романтике и тёплому общению. Нельзя всю жизнь играть в чужие игры. С этими мыслями он крепко обнял девушку, прижимая её к себе.

– Северус, ты… даже не разозлился?

– мм?

– Ну, из-за теста.

– Вовсе нет. И… мы можем исправить эту ситуацию, – он потянулся к ней для поцелуя, но девушка высвободилась из его объятий.

– Слушай, а Энди… совсем от меня не отличалась?

Северус закашлялся.

– Наверное, так же, как и от меня? – спросил он, подумав.

– Мы с ней даже не поцеловались!

– Это радует, но… послушай, всё дело в том, что Энди не знала о последствиях. Никто в магическом мире не пойдёт на такой риск ради глупости. Так что больше опасаться нечего.

– Всё равно. Ты ведь… легко мог перепутать.

– Я сейчас должен ответить за поступок, которого не совершил?

«Только из-за моего прихода», – горькая мысль мучила Нину в который раз, но вслух она её не произнесла. Снова накатывало удушье депрессии, сковывало подсознание, и заставляло взвешивать шаги, факты, поступки. Виной тому была и непроходящая боль в ноге, наверное, лекарша забыла о каком-то зелье. И Снейп… её Северус… как и раньше рядом, тёплый и уютный. Он не виноват в том, что Энди двинутая. И от того, что он не виноват, его так сложно простить… Нина размышляла, глядя в серый чуть светящийся потолок, глаза её давно привыкли к темноте. На соседней подушке чуть слышно сопел Снейп, на комоде тикал будильник, из шкафа доносился шорох – не очередной ли там боггарт? Что-то заставило девушку встать и, хромая, прокрасться к шкафу. Держа палочку наизготовку, она отворила дверцу.

С шипением лопнувшего воздушного шара оттуда вырвалось розовое привидение и черным вихрем закружилось вокруг девушки. В этот раз оно почему-то не спешило обратиться в убиенного профессора, и, наконец, растеклось по полу черной вязкой лужицей, стало наползать на ступни девушки, которые резко обдало замогильным холодом. Она почувствовала, что её тянет куда-то вниз, вокруг сгустилась дымка плотного зеленовато-коричневого тумана, самого отвратительного из всех возможных даже на топях.

– Да твою мать, – громко выругалась она, когда не смогла освободить ногу из этой субстанции, а вещество уже липло к рукам, обволакивало вокруг, что Нина даже не различала собственные пальцы. Паника нарастала, заклинание она ни разу не испытывала, а теперь даже не видела руку, чтобы направить палочку и сделать хоть какой-нибудь разумный жест.