— Пап, не пускай больше этого… Сюда. Хорошо? — папа кивнул, я продолжила:

— Мы можем переехать отсюда? —папины глаза расширились.

— Роуз. Выкладывай, что случилось, я работаю в полиции, если не расскажешь - сам узнаю. — в горле стало першить, рассказать или нет?

— Просто… Мы расстались, и я не хочу никого видеть. — сказала я, так и не осмелевшись сказать.

— Не ври, Роуз. Скажи как есть, я не буду ничего осуждать. Я все пойму, Роуз. И никому не расскажу. — Слёзы на автомате полились из глаз, я всхлипывая сказала, смотря в пол:

— Мы вчера выпили… Я очнулась утром у него в подвале, на моей шее был электрический ошейник, Эл.. Он изнасиловал меня. — сказала я, папа сжал кулаки, видно, что он зол.

— Ошейник у тебя? — спросил он.

— Да. — я вытащила пакет и протянула ему, всхлипывая. Папа сказал мне ласково:

— Вставай, поедем в участок. Накажем этого гандона. — я встала, мама не поняла, что происходит. Мы с папой сели в машину и поехали в его участок.

Там папа попросил все рассказать.

— Можно я расскажу это Кэму? — Кэм - это его подчинённый, прикольный парень. Я не могу рассказывать про Эла папе, просто не могу.

Я и Кэм сидели в изолированной комнате, я рассказывала ему, он угостил меня шоколадкой с успокоительным чаем. Я дрожа все это рассказывала.

Потом с меня сняли побои, это синяки и следы от ошейника.

— Роуз, не бойся, мы найдём и накажем этого подонка, наш отряд уже мчится к нему домой, его наверняка уже повязали. — сказал Кэм. Я смотрела в пол.

— Малышка Роуз, все будет хорошо. — сказал Кэм.

— Я… Теперь не смогу жить как прежде. — сказала я.

— Сможешь, Роуз. Ты сильная девушка, я это знаю. — Кэму двадцать пять, он старше меня на три года, он влюблен в меня, часто приглашал меня на свидания, от которых я отказывалась из-за того, что у меня был парень. У Кэма тёмные волосы и бледная кожа, он высокий и худой, но не дрыщ.

— Представь себя на моём месте! — не выдержала и сказала я, Кэм как-то изменился в лице.

— Не только представил, но и был. — сказал он не весело. Я замолчала, жалея о том, что сказала. Кэм тут же сказал:

— Сходишь к психиатру и станет лучше.

Мы с папой сидели в кафе, ели вишневый торт с кофе.

— Не говори маме, пожалуйста. — сказала я тихо. Мне было плохо от того что папе больно.

— Не скажу. — пообещал отец. — Роуз, все будет хорошо, его уже поймали. — мой взгляд упал на покрасневшие фаланги на кулаках папы. Я тут же отвела взгляд. Папа… Если бы не он…

— Кэм в прошлом был в прошлом психиатром, и он.. Сталкивался с такими проблемами. Он заедет завтра за тобой. — сказал папа, я кивнула. Так больно от всего этого. И страшно.

========== Кэм? ==========

На следующее утро я позвонила начальнице в модельное агенство и взяла отгул на три дня. Всю эту ночь мне снились кошмары, плохо спалось, и на утро я выглядела как зомби.

Как раз когда я сделала себе завтрак на кухне, папа был на работе, а мама уехала к бабушке. Внезапно в двери позвонили, я сжалась в комочек и спросила:

— Кто там?

— Роуз, это я, открывай.
– я так обрадовалась, что это Кэм, а не кто либо другой. Я открыла двери, и впустила его в дом.

— Привет, милая пижама. — сказал Кэм разуваясь. Мне стало немного стыдно, что мне двадцать два, а я ношу розовую пижаму с мишками. Я покраснела и пошла на кухню, Кэм за мной.

— Папа уже на работе. — сказала я, Кэм сел за стол.

— Я к тебе.

— Позавтракаешь со мной? — я ткнула пальцем на тарелку с блинчиками и клубничным сиропом.

— Не откажусь. — я налила ему кофе, положила на стол тарелку с едой и села напротив.

— Только проснулась? — спросил Кэм.

— Ага.
– ему уже становится неловко от моей неразговорчивости, он неловко смотрит в тарелку. А я без угрызений совести молча завтракала.

— Зачем приехал? — спросила я когда закончила с завтраком.

— Я хотел забрать тебя на консультацию. Так что-собирайся .

— Я не хочу никуда ехать. — сказала я съежившись, ожидая удара тока на автомате. Но потом одумалась и вздохнула.

— Никто не заставляет, но я думаю, что если мы поговорим - будет легче. —

ответил Кэм, видимо заметив моё дергание.

— Мы не можем поговорить тут?

— Тебе хочется говорить при родителях? — я помотала головой в разные стороны, Скажи, что любишь меня, а не Лео.—Я понимаю что тебе страшно, но я ничего плохого тебе не сделаю.