Очевидно, для Марка в этом рассказе о Преображении Иисуса было важно, что все события происходят по особой инициативе Иисуса, и что его свидетелями были отнюдь не все ученики (Мк_9.2). Увидеть Иисуса таким, каким Он здесь изображен, даже для Двенадцати было чем-то очень необычным! Такое видение должно было быть особым даром от Бога: «И (Он) преобразился перед ними» (буквально: «И Он был преображен перед ними», или, уточняя смысл, «И Бог преобразил Его перед ними»).

Что должно было выразить совместное появление Илии и Моисея (Мк_9.4), нам теперь сказать трудно, потому что Илия и Моисей вместе появляются только здесь. Может быть, они просто воплощают «небесный мир», ибо, по иудейскому убеждению, оба они не умерли, но были восхищены на небо. В пользу такого понимания говорит также предшествующий стих: «Одежды Его сделались блистающими, весьма белыми, как снег, как на земле белильщик не может выбелить». Поскольку небесная жизнь, которой будут удостоены праведники после воскрешения, в раннем иудействе всегда сравнивалась с новой, сияющей одеждой, такая картина могла быть понимаема только как откровение небесной жизни в земном Иисусе.

Именно это должны были понять и почувствовать три апостола: с Иисусом на землю пришел небесный мир (Мк_9.4). Мы только тогда имеем полное представление об Иисусе, когда мы видим, что Он уже во время Своей земной деятельности принадлежал также и «миру небесному».

Кому бы не захотелось продлить тот момент, в который ты ощущаешь присутствие Царствия Божия в общении с Иисусом? «Петр сказал Иисусу: Равви! хорошо нам здесь быть; сделаем три кущи: Тебе одну, Моисею одну, и одну Илии». Такое предложение понятно, но очевидно также, что оно – результат непонимания и растерянности («ибо не знал, что сказать»). Петр все еще не хотел – или не мог – принять всерьез слова Иисуса, сказанные за шесть дней перед этим: «Сыну Человеческому много должно пострадать, быть отвержену старейшинами, первосвященниками и книжниками» (Мк_8.31) и «Кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною» (Мк_8.34).

Также и по этой причине была рассказана история о Преображении Иисуса: Она как бы давала понять, почему нам и после Пасхи так трудно осознать слова Иисуса о крестоношении. Если даже Петр...

Но это ничего не изменяет в истинности слов Иисуса. Необходимость крестного пути не противоречит любви Божией. Напротив! Это о Нем, Кто должен идти путем страданий, Бог говорит с небес: «Сей есть Сын Мой возлюбленный; Его слушайте».

Мы спрашивали: Почему в раннем христианстве мог возникнуть такой рассказ и почему он передавался далее? – Теперь нам уже легче ответить на этот вопрос.

Рассказ о Преображении Иисуса, во-первых, мог возникнуть с целью сообщить, что среди апостолов были некоторые, которым было даровано более глубокое знание об Иисусе. Они ощущали, что Иисус принадлежал также и к небесному миру. Они в Нем увидели «Царствие Божие, пришедшее в силе» (Мк_9.1). – И даже если эта идея им была дарована только после Пасхи, в истинности этой мысли ничто не менялось.

Но наш рассказ также разъясняет, что не понимает сути дела всякий, кто хотел бы удержать тот блаженный момент, в который к нему приходит и его освещает Иисус. Тот факт, что в Иисусе на землю пришло Царство Божие, не означает, что отныне наша жизнь на этой земле обязательно должна стать лучше.

Мартин Бубер в своих «Хасидских историях» рассказывает:

«Когда равви Менахем жил в Земле Израиля, некий безумец взошел однажды незамеченным на Масличную гору, встал на вершине и затрубил в бараний рог. Услышав звук рога, люди встрепенулись и испугались: им показалось, что это трубный глас Мессии. Равви Менахем тоже услышал звук рога. Он открыл окно, взглянул через него на свет Божий и сказал: «Нет, это не обновление».

Своим преданием о Преображении Иисуса Ранняя Церковь предостерегает именно от такого заключения о состоянии мира в результате пришествия Мессии (и наоборот!).

4. О границах небесных откровений.

9 9-13 — «Когда же сходили они с горы, Он не велел никому рассказывать о том, что видели, доколе Сын Человеческий не воскреснет из мертвых. И они удержали это слово, спрашивая друг друга, что значит: воскреснуть из мертвых. И спросили Его: как же книжники говорят, что Илии надлежит придти прежде? Он сказал им в ответ: правда, Илия должен придти прежде и устроить всё; и Сыну Человеческому, как написано о Нем, [надлежит] много пострадать и быть уничижену. Но говорю вам, что и Илия пришел, и поступили с ним, как хотели, как написано о нем».

Итак, совершенно естественно, что три ученика были в недоумении, спускаясь с горы. Во-первых, Иисус начал с того, что запретил им рассказывать о том, что они видели. Иисус понимал, что они все еще были обуреваемы идеей о Мессии – сильном и властном. Если они будут рассказывать о случившемся на вершине горы, о том, как явилась слава Божия, как явились Моисей и Илия, то как это совпадет со всеобщим ожиданием? Нет, ученики еще должны были уразуметь, что такое истинное Мессианство. Лишь одно могло научить их – Распятие и последующее Воскресение. Только после всего этого они убедятся, что Иисус действительно был Мессией, тогда, и лишь тогда, они смогут рассказать о славных событиях, которым они были свидетелями на вершине горы. Но пока они еще не понимали, что значат слова Иисуса о воскресении. Оттого и спрашивали: «что значит: воскреснуть из мертвых?». Дело просто в том, что они выросли в совершенно иных представлениях о Мессианстве, и потому не могли уразуметь, что сказал Иисус. И тогда они спросили о том, что поразило их. Иудеи верили, что прежде чем придет Мессия, должен придти Илия, как Его вестник. «Вот, Я пошлю к вам Илию пророка пред наступлением дня Господня, великого и страшного. И он обратит сердца отцов к детям и сердца детей к отцам их, чтобы Я, придя, не поразил земли проклятием» (Мал_4.5–6). В предании говорилось, что Илия придет на три дня раньше Мессии. В первый день он будет стоять на вершинах Израиля, оплакивая горе и запустение земли. А потом голосом, который будет слышан от одного края земли до другого, воскликнет: «Мир нисходит на землю! Мир нисходит на землю!». На второй день он воскликнет: «Благо нисходит на землю! Благо нисходит на землю!». А на третий день он воскликнет: «Иешуа (спасение) нисходит на землю! Иешуа нисходит на землю! Он все исправит».

Совершенно естественно, что ученики удивлялись: «Если Иисус – Мессия, кто же Илия?». Иисус ответил словами, понятными каждому иудею. «Илия пришел, – сказал Он, – и поступили с ним, как хотели». Иисус при этом имел в виду заключение в темницу Иоанна Крестителя и его смерть от рук Ирода. Тем самым Иисус вновь обратил внимание учеников к той мысли, которую они не хотели даже держать в голове, но которую, как Он полагал, они должны хорошенько уяснить. Они должны были задать себе невысказанный ими вслух вопрос: «Если они поступили так с предвестником, с предтечей, то что они сделают с Мессией?». Иисус буквально перевернул все представления и мысли своих учеников. Они ждали явления Илии, прихода Мессии, внезапного вторжения Бога в историю и Его сокрушительной победы, которую они считали одновременно победой Израиля. Иисус хотел, чтобы они посмотрели в глаза факту, что вестник был жестоко убит, и что Мессию ждет один конец – распятие. Но они все еще не понимали, и эта неспособность понять объясняется тем же, что и всегда: люди не могут понять что-то, потому что они цепляются за свои представления. Они хотят, чтобы все было так, как хотят они, а не Бог. Их заблуждения мешают им видеть откровение истины Божией.