– Ты будешь скучать?
– его вопрос застал меня врасплох. Раньше он никогда не спрашивал меня о подобных вещах.

Я крепче обняла его, зарывшись лицом в рубашку, вдыхая приятный аромат его одеколона. Сколько себя помню, то от него всегда так пахло: цитрусами и хвоей, чем-то напоминая Рождество.

– Ты даже не представляешь, как сильно я буду скучать.

– Обещай, что не будешь плакать, - он отстранился, заглядывая мне в глаза.

Не знаю, могу ли я давать ему это обещание, наверняка не зная, что будет. Буду ли я плакать по его уходу? Или же я смогу сдержать эмоции в себе, как делала всегда? Даже я не знаю ответы на эти вопросы.

– Я постараюсь, - выдавила я.

Он поцеловал меня в лоб и вернулся за свой стол.

Итак, начинается допрос.

– Ты уже ездила в университет. И как там?
– он просматривал документы, не поднимая на меня глаз.

– Да. Там очень красиво. Мне предложили комнату, но я подумала, что здесь, дома, мне будет комфортнее.

Минуту он молчал. Это длилось как будто вечность, в моей голове уже выстроилась логическая цепочка, которая заканчивалась тем, что я не пойду в университет.

– Я тут подумал, - он поднял на меня взгляд и облокотился на спинку массивного кожаного кресла.
– Тебе не помешает собственное жильё.

Его слова сняли груз с моих плеч, но в то же время парализовали меня, я не знала, как реагировать на такое. Это даёт мне возможность стать свободнее, я вылечу из золотой клетки. Мне не придётся спускаться к завтраку в одно и то же время, мне не придётся соблюдать комендантский час и расхаживать по дому так, как будто я в музее.

– Ну, что скажешь?

Я молчала, лишь потрясенно улыбаясь.

– Я рад, что тебе нравится эта идея. Тем более так будет легче вам обоим.

Он протянул мне связку одинаковых серебреных ключей.

Я понимала, что он заботится не только о моём удобстве, но и о моей маме, с которой у нас никогда не было взаимопонимания. Она стремилась из меня сделать модель, или выдать за богатого человека. Я же хотела быть независимой. Она, даже не знает, что сейчас происходит в моей жизни. Она даже не знает, где я пропадаю последние два месяца. Или старательно делает вид.

– Огромное спасибо, я даже не знаю, как тебя благодарить.

Он взял со стола конверт и протянул его мне. Конверт был абсолютно белый, никаких надписей, ничего.

– Что это?
– тихо спросила я, продолжая вертеть конверт.

– Это будет твоя благодарность за квартиру. Прочитаешь, - он замялся.
– Когда меня не станет.

Эти слова как серп прошлись по моему сердцу. Трудно держать себя в руках, когда понимаешь, что жизнь меняется, что уже ничего не будет как прежде. Страшно идти в мир, где не будет моей опоры, не будет человека, который смог бы меня утешить и понять.

Теперь конверт в моих руках приобрёл статус бомбы замедленного действия, он казался ужасно тяжёлым, как будто в любой момент разорвёт меня на множество маленьких кусочков.

– Иди к себе, завтра утром поедешь со мной в офис. Хорошенько выспись.

Я кивнула и направилась к выходу из кабинета. Ноги настолько отяжелели от усталости, что я готова была лечь на пол и уснуть.

– Сладких снов, моя малышка, - он помахал мне, и я улыбнулась.

Я поднималась по лестнице, когда навстречу мне шла мама.

– О, Джессика, ты уже дома?
– она попыталась выглядеть удивленной.
– Я думала, ты будешь позже.

Она прошла мимо меня. Мне в нос ударил резкий запах её духов. Я задержала дыхания, но сделала это так незаметно, чтобы она не заметила. Выглядела она слишком шикарно, в длинном вечернем платье, с бриллиантовым колье. И так было каждый день. Я еле сдержалась, чтобы не закатить глаза. Складывалось впечатление, что к нам каждый вечер приезжают гости на торжественный банкет. На её фоне я выглядела убого, в старой футболке и протёртых джинсах. Но мне было абсолютно всё равно. Я хотя бы не притворялась той, кем не являюсь. Я была сама собой. Сейчас.

В школе мне приходилось притворяться той, кем я никогда не была. Но это в прошлом. Теперь мне нет смысла играть роль богатой стервы.

Я знала весь абсурд своей жизни, когда каждый день на виду у сотни человек, которые только и ищут повод, чтобы пустить грязный слушок. Так как город у нас небольшой, то к вечеру “удивительную” новость - знают все. Я была одной из тех девушек, про которую говорил каждый. Все интересовались моей жизнью, всем было интересно, что я ношу, что читаю, с кем встречаюсь и кто мои друзья. И чтобы как-то отгородиться от любопытных глаз и ушей, пришлось надеть на себя маску избалованной богатой стервы. Так проще было защищать свою территорию. Ведь когда подойти близко к хищнику - он выпускает свои когти. Мне пришлось стать хищником… Но как только я окончила школу я растворилась. Вряд ли кто-то из моих бывших одноклассников знали где я, и чем занимаюсь. Хотя сплетни ходили разные. Кто-то говорил, что я уехала в Голливуд, кто-то что я сбежала с сексуальным гитаристом из бара, а большинство - что я та же Джессика, которая отжигает по ночам в клубах и прожигает отцовские деньги. Как жаль было огорчать общество тем, что Джессики Стоун, какую они знали многие годы - больше нет.