Шрифт:
Душа.
Ты знаешь, Верочка, отчего у нас так в зале убрано?
Верочка.
Нет, не знаю.
Душа.
Меня сватают.
Верочка.
Что ж, это дело хорошее.
Душа.
Мне очень совестно!..
Верочка.
Тут нечего совесть наблюдать, а вышла поскорей, – и конец…
Душа.
Страшно на первой-то раз.
Верочка.
Смотреть, что ли, приедет?
Душа.
Ждут.
Верочка.
Меня четыре раза смотрели: я тебя научу, – тут важности нет; другое дело, когда под венец везут – тут совсем другие чувства нужны, а это очень просто. Он благородный?
Душа.
Нет, купец.
Верочка.
Что ж, с купцом особенной и политики не нужно. Не смотри ему только в глаза, чтоб не зазнавался.
Душа.
А ну, как он говорить будет?
Верочка.
Они не говорят. Он только вопьется в тебя глазами…
Душа.
Ужасно конфузно!
Верочка.
Это с непривычки.
Душа.
А что ты думала, Верочка, когда тебя смотрели?
Верочка.
Известно, все разное думала… обо всем. Только ко мне все нехорошие сватались; а один так пьяный приехал, все цаловаться лез, насилу выжили.
Кухарка (впопыхах).
Барышня, приготовься, матушка, оправься!.. Вера Митривна, обдерни ей платье-то… Едут!.. (убегает).
(Входят Смесов, Дарья Ивановна, бабушка).
Дарья Ивановна.
Готова ли ты?
Душа.
Готова, маменька.
Бабушка (плачет).
Твори молитву… читай про себя молитву.
Душа.
Лучше бы, Верочка, в другой раз…
Верочка.
Не бойся…
(Входят: Иван Гаврилович, молодой человек, в голубых брюках с лампасами, в палевом жилете и пестром галстуке; Гаврила Прокофьич, его отец, лет под 60; Домна Семеновна, его мать в повязке).
(Продолжительное молчание).
Гаврила Прокофьич.
Ехали мимо…
Смесов.
Благодарим покорно, что не побрезговали.
Домна Семеновна (сыну тихо).
Смотри, тебе с ней жить-то…
Иван Гаврилович.
Понимаю, маменька.
(Смесов подносит вино к Гавриле Прокофьичу; тот пьет и откланивается, потом к Домне Семеновне).
Домна Семеновна (отстраняя рукой рюмку).
Благодарим покорно!
Смесов.
Это легкое-с.
Домна Семеновна.
Разве, что легкое… (отпивает половину рюмки).
Дарья Ивановна (поспешно).
Всю, всю, всю-с…
(Домна Семеновна допивает).
(Смесов передает рюмку Душе, та подносит жениху).
Иван Гаврилович.
Сделайте ваше одолжение, увольте великодушно – не употребляю.
Дарья Ивановна.
Нет, уж выкушайте!
Иван Гаврилович.
Ей-Богу, не могу!
Смесов.
Нет, уж вы сделайте милость.
Домна Семеновна.