– Ничего с ней не случится. Вы и дальше продолжите заключать свои глупые пари, играть на скачках, или в карты, или…

– А вот здесь ты ошибаешься, – перебил ее Шерри. – Мне будет не до этого, потому что если я не женюсь, то останусь без гроша в кармане.

Услышав столь неожиданное признание, мисс Милбурн в тревоге уставилась на него.

– Вот как! – сказала она. – Должна ли я понять вас так, милорд, что вы предложили мне руку и сердце исключительно в надежде выпутаться с моей помощью из долгов?

– Нет, конечно нет! Будь это единственной причиной, я бы уж наверняка остановил свой выбор на ком-нибудь из пары дюжин девиц, которые строили мне глазки последние три года! – бесхитростно воскликнул его светлость. – По правде говоря, Белла, до сих пор мне недоставало мужества, хотя, Господь свидетель, я пытался! Но мне, кроме тебя, так и не встретилась девушка, с которой я согласился бы связать себя узами брака на всю жизнь. Провалиться мне на этом месте, если вру! Можешь спросить у Джила! Или у Ферди! Да хотя бы у Джорджа! Можешь спросить у кого угодно! И все тебе скажут, что это правда.

– У меня нет ни малейшего желания расспрашивать их о чем-либо. Полагаю, вы никогда бы не сделали мне предложение, если бы ваш отец не оставил свое состояние связанным таким нелепым способом!

– Да, пожалуй, так, – согласился виконт. – То есть нет, конечно же нет! Сделал бы непременно! Но сама подумай, девочка моя! Все состояние оставлено на началах доверительной собственности до тех пор, пока мне не исполнится двадцать пять, если только я не женюсь раньше этого срока! Ты-то должна понять, в какой дьявольский переплет я угодил!

– Разумеется, – с ледяным достоинством отозвалась мисс Милбурн. – Ума не приложу, почему вы до сих пор не сделали предложение одной из тех дюжин девиц, что, вне всякого сомнения, с радостью выскочат за вас замуж!

– Но я не хочу жениться ни на ком, кроме тебя! – провозгласил ее обескураженный воздыхатель. – И даже не думал об этом! Черт возьми, Изабелла, я уже устал повторять, что люблю тебя!

– Что ж, я не разделяю ваших чувств, милорд! – ответила уязвленная до глубины души мисс Милбурн. – Мне представляется странным, почему вы до сих пор не сделали предложение Касси, которую миссис Бэгшот буквально вешает вам на шею на протяжении последних шести месяцев! Но если вы настолько разборчивы, что вас смущает цвет лица бедняжки Касси, которая, как я вынуждена признать, действительно усыпана веснушками, не сомневаюсь, что Юдора сочтет себя польщенной, если вы отдадите предпочтение ей! Что касается меня, милорд, то хоть я и желаю вам только добра, но мысль о браке с вами даже не приходила мне в голову, и я должна заявить вам со всей определенностью в последний раз, что не могу принять ваше лестное предложение.

– Изабелла! – тоном, не сулящим ничего хорошего, провозгласил лорд Шерингем. – Не испытывай моего терпения! Если ты любишь другого – ты меня понимаешь, Изабелла, – если ты нацелилась на Северна, то могу сообщить: заполучить его тебе не удастся. Ты еще не знаешь герцогиню! Он ведь себе не принадлежит, бедолага Северн, а она никогда не позволит ему жениться на тебе, помяни мое слово!

Мисс Милбурн резко поднялась со стула.

– Я думаю, вы – самое гадкое и презренное создание на свете! – разгневанно заявила она. – И я хочу, чтобы вы немедленно удалились!

– Если ты прогоняешь меня, то я прямиком отправлюсь к дьяволу! – пригрозил его светлость.

Мисс Милбурн, неожиданно прыснув от смеха, сказала:

– Полагаю, там вы почувствуете себя как дома, милорд!

Виконт заскрипел зубами:

– Вы еще пожалеете о своей жестокости, мадам, но тогда будет уже поздно!

– Право же, милорд, если мы заговорили о притворстве…

– Кто говорит о притворстве? – спросил виконт.

– Вы.

– Я не говорил ничего подобного! Ты способна любого мужчину довести до умопомешательства, Изабелла!

Она, небрежно поведя плечиком, отвернулась. Виконт, почувствовав, что, пожалуй, не проявил того любовного пыла, который, по его же словам, завладел всем его существом, в два шага пересек разделявшее их расстояние и попытался заключить девушку в объятия. В ответ он получил такую оплеуху, что у него брызнули слезы из глаз и на мгновение его светлость едва не забыл – он уже давно не мальчишка, дергающий за косичку маленькую вредную девчонку. Мисс Милбурн, прочтя по его лицу, что он готов дать ей сдачи, проворно отступила за маленький столик и преисполненным трагизма тоном велела:

– Уходите!

А его светлость окинул девушку оценивающим взглядом.

– Клянусь богом, Изабелла, ты еще попадешься мне в руки, и тогда… – Но тут ее красота, отрицать которую было невозможно, в очередной раз пленила виконта. Лицо Шерри смягчилось. – Нет, – сказал он, – я не позволю и волоску упасть с твоей головы! Ладно, Белла, а теперь…

– Нет! – едва не взвизгнула мисс Милбурн. – И еще я просила бы вас не называть меня Беллой!

– Очень хорошо, Изабелла, как пожелаешь! – сказал виконт, уже готовый пойти на уступки. – Но разве ты…