– Я ­­- инкогнито, - решительно заявил Его Высочество.

– Понимаю, - ухмыльнулся глава, и сразу как-то стало понятно: его руки больше привыкли к мечу, чем к перу. И, вообще, господин управляющий оказался человеком немолодым и совсем не глупым.
– Прошу, присаживайтесь, господа… инкогнито. Хотя, для ясности, скажу, что знаю я вас весьма близко. Вас - по полю Серна, - кивнул мужчина принцу, при этом указывая на кресла, предлагая присаживаться, и возвращая собственное седалище на подушку, с которой встал. Видимо, его, как и многих людей, проводящих большую часть суток за письмом, мучил геморрой.
– А вас я имел честь выволакивать за ухо из спальни моей дочери.

– Не припоминаю… - легкомысленно отозвался герцог.

Впрочем, на такие вещи у юноши и впрямь была короткая память. За всю его невеликую жизнь красавчика столько раз выводили за ухо, выпихивали пинками, выкидывали в окно и гоняли, угрожая самыми разными предметами, что все помнить - в голове места не останется.

– Не сомневаюсь. Я тогда тоже наведывался в столицу инкогнито, - сообщил глава, разливая по оловянным кубкам сидр.
– И вряд ли у моей дочери нашлось время вам представиться. Но я нисколько вас за это не виню. Сам помню молодость и её безумные порывы.

– Сейчас, я так понимаю, вы тоже предпочитаете оставаться инкогнито?
– приподняв бровь, поинтересовался Его Высочество.

– Абсолютно точно. Знаете ли, некоторые жизненные обстоятельства заставили меня покинуть общество, в котором я должен находиться по праву рождения. И я оказался тут. Теперь меня зовут Робин Хороший. Поскольку я привык повелевать людьми, командовать и налаживать некоторую упорядоченную деятельность, то тут я занялся тем, что умею.

– Припоминаю, - нахмурился Дарин, - вы, кажется, служили в интенданте, а потом… Дело о растрате?

– Ну, что вы былое вспоминаете?
– замахал на него руками застеснявшийся глава.
– Да и интендантство уже потом, потом. Когда годы мои вышли и меч стал в тягость. Вот и попутал Нечистый. Но все прошлое. Сейчас я, видите ли, занимаюсь вполне угодным Отцу делом. Я как помыслил? Разбойники никуда не денутся, сколько их не вешай. Дороги в плачевном состоянии. И вот я организовал так, дабы лихой люд послужил на благо государству. А из вырученных средств мы не только коммуникации улучшаем, но и людям помогаем. Работу я даю крестьянам опять же. Да и девки на наших парней заглядываются? А что? У нас все строго, а разбойнички - мужчины лихие, горячие, умеющие за себя постоять и женщину свою защитить. Опять же, заработки у них приличные и регулярные - достаток в дом. Так что, все довольны.

– Так я и думал, - кивнул Его высочество.
– Вам бы с такими мыслями не тут сидеть, а в бургомистры[3] баллотироваться. Только не думаю, что все так уж довольны вашими новшествами. Сомневаюсь, что торговцы, везущие свои товары на ярмарки, владельцы постоялых дворов, да и тот же мельник довольны здешними порядками. Поправьте меня, если я не прав, но все нарушения устранить нереально? И штраф приходиться платить за каждый проезд?

– Ну, вы же понимаете: идеал недостижим в принципе, - смутился глава.
– Опять же, мы хотим взять под контроль ещё и мосты. Они в ужасающем состоянии и…

А дальше Робин, видимо, сам себя назвавший Хорошим, понёс такую околесицу, что несчастный герцог вообще потерял нить рассуждений. А вот принц этой говорильней увлёкся и даже оживился. Эти двое, явно нашедшие друг друга, чирикали что-то про двойные тарифы, абонементы, цены на камень, половодье и, почему-то, про троллей.

– Погодите!
– взмолился красавчик, - Я ничего не понимаю! При чем тут пошлины за проезд? Мы же оборотня ищем! И его бабку. Тьфу, в смысле, бабку красного чепца. А ты тут время теряешь, обсуждая, сколько из казны денег выделяется на ремонт дорог!

– Так это он и есть, - хмыкнул Дарин.

– Кто?

– Оборотень, - спокойно пояснил Его Высочество.
– Старейшине надоело пошлину за провоз платить, вот он и кормит проезжих сказочками. Надеясь, что кто-нибудь из дворян на такие поборы разозлится. И или самостоятельно контору разгонит, или королю нажалуется. Главное, какого-нибудь воинственного дворянчика в лес загнать. Тут наше Братство его и встретит. А потом уж про оборотня никто и не вспомнит.

– А как же красная шапка? В смысле, чепец?
– жалобно протянул блондин, сражённый в самое сердце подобным коварством.
– И её бабка?

– Не подскажете, о какой шапке-бабке речь идёт?
– заинтересовался глава.

– Да мы ищем одну девицу, которая носит красный чепец, - пояснил принц.
– Думается мне, она за одним из ваших бравых парней в лес подалась. Точнее, нас интересует её бабка. Она, вроде как, местной ведьмы и повитухи. Тут где-то живёт.

– Знаю-знаю, - закивал головой Хороший, - и чепец знаю, и бабку. Только она не тут живёт, а при трактире «Отрубленные пальцы», что у тракта, прямо на выезде из деревни. Кухарит она там. Но и вправду местными почитается как знахарка.