– Так я это просто помню. 1 сентября немчура нападет на Польшу. Устроят провокацию и покажут им козью морду.

– И долго будет продолжаться показ этой самой морды?

– Да я не очень помню. Где-то месяц-два. Наши интернируют пару их армий. В одной из них Андерс был главным.

Майор насторожился.

– Что еще знаешь?

– Ну, наши тоже не будут ушами хлопать, оттяпают Западную Украину и Белоруссию и будут наводить там свой орднунг.

– Это серьезное заявление. Последствий не боишься?

– Простите, товарищ майор, бояться мне нечего. Может в любую секунду меня перетащит в мастерскую. Может меня просто контузило на время . Приду в себя и останется вам этот раззява - ни «бе», ни «мэ», ни «кукареку».

– Резон в этом есть.
– Майор опять закурил вонючую папироску. Мишка поперхнулся.
– Ты смотрю, не куришь. Молодец.

– У нас это не модно,- ответил Мишка рассеянно, для которого только сейчас стала доходить серьезность положения.

– Даже так,- усмехнулся майор.
– Н-да. Немодно говоришь. Чем еще порадуешь?

– Да я толком в историю не вникал. Вобще все эти военные хроники такая муть, все переврали.

– Позволь, как понимать «военные хроники»?

– Тут такое дело. Кажется в декабре 39 года мы сцепимся с финнами, потреплем их маленько, сами не хило получим по мордасам, а в 41-м немцы на нас нападут. Помню про пакт «Молотова-Риббентропа», там наши демократы секретную часть протокола рассекретили втихаря..

Майор впал в прострацию, однако ему удалось взять себя в руки и он, приоткрыв дверь, крикнул охрану.

– Опять, - растерялся Мишка.

– Ты пока отдохни,- сказал ему майор, оборачиваясь.
– Посоветоваться надо.

– Пусть подшивки газет дадут,- крикнул вслед ему Мишка.- Скукота у вас, а так может чего и вспомню, хотя сомневаюсь.

Оставшись один, Ершов стал рассматривать зашарпанную обстановку, но решительно ничего интересного не высмотрел. Не было даже надписей вроде «ДМБ-2012». Заскрипели несмазанные петли и в комнату ввалился здоровенный детина с пачкой газет в руках. Посмотрев на Мишку как на неодушевленный предмет, он воодрузил стопу на койку и так же неторопливо удалился.

– Почти берестяная грамота, - бурчал Ершов, перелистывая шершавую бумагу с блеклым текстом. – Одни реляции и славословия и все шершавым языком плаката.Там перевыполнили, там сдали досрочно. Зачем досрочно сдавать завод, если под него не спланировано сырье? Значит или план с потолка или работа только для отчета.

На этом анализ хозяйственной деятельности закончился - Мишку накормили обедом скромным, но сытным. Организм Егорова требовал еды, а уж жевал он , как экскаватор. Мишка посочувствовал парню - наголодался поди , поднимая сельское хозяйство родной области. Скучать дальше не пришлось. Появились новые гости. Первый был капитаном в странных синих брюках, второй - знакомым уже майором, на рукаве которого только сейчас Мишка углядел звезду.

– Похоже, мной всерьез заинтересовались гебисты, а вот кто этот звездоносец? Сейчас начнется мочало-сначала.

И верно пришлось повторить все, что он помнил о нападении Германии на Польшу. Воспоминания иссякли быстро и Ершов стал опасаться, не начнут ли эти вежливые военные выуживать из него сведения несколько иными методами.

– Как вы там поживаете в будущем?- неожиданно спросил его капитан. Мишка растерялся, к этому вопросу он не был готов.

– Нормально, - выдавил он, - только пробки замучили. На работу добираться сплошная проблема.

– И как вы едете на работу?- спросил теперь майор. До Мишки дошло, что с утра к нему местами стали обращаться на «вы».

– Маршруткой до метро «Новогиреево», потом еду до «Строгино», потом пешком минут 15.

– Где расположено метро «Новогиреево»?

– Ну, рядом с Перово на Зеленом проспекте.

– Какие станции метро расположены рядом с «Новогиреево»?

– «Перово». С других линий ближняя « Выхино», что на Рязанке.

– Кто же у вас генеральный секретарь партии?

– Какой партии? «Единой России»? Не помню. А вот Жириновского все знают.

– И какую партию возглавляет товарищ Жириновский?

– Либеральных демократов.

– А как же ВКП (б)?

– Это вы про коммунистов? Так их в 1991-м от власти отстранили или они сами отстранились, дело темное.

Командиры переглянулись.

– Так что за общество вы там строите?

– Кто его знает. Люди говорят о диком капитализме. У власти богатенькие буратины, ну а народ крошки с барского стола подъедает. Я сам родился в 1993 году, так что события 90-х для меня темный лес.